Главная » Переводы » Темная сторона луны, Ш. Кеньон » Главы

Глава 9, Темная сторона луны - Ш. Кеньон

Глава 9

Когда Рейвин проснулся, перед глазами всё плыло, в воздухе ясно ощущался
аромат Сьюзан. Изысканный и нежный. Неповторимый и соблазнительный.
Чувствовал он себя хуже некуда, но всё же, что-то в этом аромате
утешало.
А также возбуждало.
Правое плечо так болело, что он с
трудом мог пошевелиться. И даже если бы и хотел, не стал бы, поскольку
на его груди, отвернувшись, крепко спала Сьюзан. Вначале, Рейвин никак
не мог разобрать, где находиться и с какого перепугу она лежала сверху.
Потом, внезапно, события прошлой ночи пронеслись в голове.
В него
стреляли транквилизатором возле клуба "Удачная Охота". Нахлынули
воспоминания об их отступлении и возвращении в Серенгетти. Обрывочные
картинки всплывали в голове: его тошнило и…Сьюзан помогала ему. Она
обнимала его, пока весь мир рушился.
Поражённый, он приподнялся,
взглянул на девушку и откинул прядь светлых волос с нежной щеки. У неё
была бесподобная кожа. Светлая, безупречная, мягче шёлка. Мужчина
прикоснулся пальцами к скулам Сью и изумился, насколько её кожа
отличалась от его.
В ней было что-то милое. Нечто, что пробуждало и
манило животную сущность в нём. Его ещё никогда ни к кому так не
тянуло. Даже к Изабу, а ведь она была его парой. Рейвин склонил голову
ниже, чтобы вдохнуть запах её волос. Мягкие пряди щекотали кожу, а тепло
тела успокаивало. Он обнял девушку другой рукой и крепко держал в
темноте. Словно любовник. Этот момент пробудил в нём давно забытую
мечту. Мечту о семье. О любви… Любить и быть любимым.
Боже, как же давно он просто не обнимал кого-либо…
– Если не перестанешь меня лапать, то я точно тебя ударю и мне всё равно, что ты не в себе, Кот в сапогах.
Сам того не ожидая, Рейвин засмеялся. Сьюзан открыла удивительные синие глаза и взглянула на него.
– Я пришёл в себя, – нежно промолвил он.
Она всё ещё подозрительно смотрела на мужчину.
– Ага! Последний раз, когда я это слышала, ты уткнулся головой мне прямо в грудь.

– Нет, я не… или мог? – Оборотень нахмурился, пытаясь вспомнить, но
последние несколько часов были в полном тумане. Рейв однозначно не
припоминал, чтобы подобное случилось, впрочем, принимая во внимание то,
насколько его тянуло к этой девушке, он не осмелился бы отрицать данный
факт. Выпади у него такой шанс, да ещё и уважительное объяснение для
того, чтобы всё сошло с рук, Охотник двумя руками ухватился бы за него.
Сьюзан прищурила глаза:
– Ты в самом деле пришёл в себя?
Мужчина прижал ладонь к правому глазу, пытаясь унять боль, от которой голова раскалывалась на части.
– Пришёл, да к тому же заполучил ужаснейшую мигрень.

Сьюзан повернулась, чтобы взглянуть в эти глаза цвета ночи. Ну ладно,
всего в один глаз, так как другой он всё ещё прикрывал ладонью, но, как
же было приятно снова увидеть в них ясный взгляд.
– С возвращением.
– Спасибо, – его взор устремился на губы девушки, с этой тягой было трудно бороться. – За всё.
– Да ладно.

Сьюзан облизала губы, увлажняя их языком… тут-то и пришла его погибель.
Не владея больше собой, Рейвин наклонил голову, почти ожидая, что
девушка отстранится или оттолкнёт его.
Она не сделала этого.

Наоборот, Сью прижалась к нему сильнее, чтобы принять поцелуй. Как
только их губы соприкоснулись, мужчина закрыл глаза, позволяя теплу
окутать его. От этих объятий и нежности он задрожал. Она была уникальна.
С колотящимся сердцем, Охотник углубил поцелуй, исследуя её рот.

Сьюзан задыхалась... в прямом смысле этого слова. Аллергия на всю
заявила о себе, но даже это не могло остановить девушку и не познать
рай. Каждую частичку тела охватывал жар от прикосновений его губ. Он
обхватил руками её лицо и своим весом прижал к матрацу. Это была
приятная тяжесть. Сью поймала себя на мысли, что её злит количество
одежды на них, хотя и понимала, какой ошибкой будет физическая связь с
этим мужчиной. Тёмным Охотникам не дано ходить на свидания и заводить
подружек, а перспектива оказаться девушкой на одну ночь ей совсем не
нравилась.
Их дороги расходились в разные стороны. Жаль, что
чувства не поддавались голосу разума, всё, чего она сейчас хотела - это
удержать его в своих объятьях, исследовать каждый дюйм этого порочного
тела языком. Но не могла.
Рейвин сжал кулак в её шёлковых волосах,
когда образы нагого извивающегося под ним тела вызвали прилив
мучительного желания. Он прикусил её губы, почувствовав как сумасшедшее
биение сердца девушки подстроилось под его. Охотнику понадобилось всё
самообладание, чтобы не приподнять рубашку Сью и не прикоснуться к её
груди. Ведь она - Оруженосец, а для Тёмных Охотников они - запретный
плод. Даже зная это, его тянуло к ней с такой силой, измерить которую
было невозможно.
Если бы всё зависело только от него, он остался бы
с ней здесь на всю ночь, но, в данный момент, у них и так слишком много
проблем. Последнее, чего ему хотелось, это связаться с ещё одной
женщиной, которая могла предать. Рейвин со стоном отстранился.
Сьюзан прикоснулась ладонью к его раненной руке, словно точно знала что болит.
– Тебе нужно отдохнуть.
Он мотнул головой.
– У нас слишком много дел.
– Я знаю, поверь. Но ты всё ещё ранен.
– Веришь, это – мелочь. Жить буду, однозначно, – фыркнул он.
Девушка села и бросила на него неодобрительный взгляд.

– Прекрасно. Всё время пока ты был в отключке, я много думала. Даймоны
охотятся за всеми вами, чтобы получить возможность наброситься на Сиэтл,
верно?
Рейвин всё ещё лежал на матраце.
– Такова наша версия.

– Ну, согласно справочнику, который дал мне Лео, – она подняла огромную
книгу в кожаном переплёте и прижала к груди, – когда один Тёмный
Охотник погибает, другого посылают ему на замену, особенно в
густонаселённых городах, таких как Сиэтл. – Сью вертела в руках обрез
книги, сурово хмурясь. – Так на что в действительности рассчитывают
Даймоны? То есть, если они убьют тебя, сюда пришлют других, к чему тогда
вся эта суматоха… верно?
В её словах, без сомнения, был смысл.

– Не знаю. Логики никакой, но отрицать то, что они делают тоже нельзя.
Может, они надеются перебить нас одного за другим, пока не будет
повержен последний Тёмный Охотник.
Даже выразив это вслух, Рейв
понимал, что такое невозможно. Слишком много таких как он существовало в
мире. Чтобы всех их поразить понадобятся годы, а то и столетия.

Впрочем, последние несколько лет происходило что-то странное. Многие
Тёмные Охотники освободились от своей клятвы, и ещё больше их погибло.
Особенно недавно.
– Или, это может быть эксперимент, – предположила
Сьюзан. – Сам подумай. Если им сойдёт с рук уничтожение вас всех здесь,
тогда они смогут направиться и в другие города. Совершить продуманный
удар. Подчинить себе город за городом. Верно?
– В данный момент, я
ухвачусь за любую версию. Честно говоря, никогда ни с чем подобным не
сталкивался. То есть, да, время от времени всегда появлялись люди,
желающие помочь Даймонам, но не в таком количестве.
– Отсюда вопрос: почему они помогают? Что эти ублюдки наобещали им за помощь?
Рейвин пожал плечами.
– Да что угодно. Чует моё сердце, они пообещали своим помощникам вечную жизнь.

– Не думаю. Слишком просто. Сам подумай. Им помогает кто-то, занимающий
достаточно высокое положение. Почему? Что же этот человек получит
взамен, позволяя Даймонам убивать людей в Сиэтле и уничтожать Тёмных
Охотников? Люди, скорей всего, должны быть лично заинтересованными во
всём этом, а как по мне, так вечная жизнь не входит в такие интересы.
Рейвин притих.
– Знаешь, Охотники Оборотни возникли по одной простой причине.
– И какой же?

– Где-то девять тысяч лет назад греческий правитель Ликаон, сам того не
зная, женился на Аполлитке. Когда, на своё двадцатисемилетие она
умерла, медленно превращаясь в прах, правитель понял, что его сыновей
ждёт та же участь. Как только до него дошёл весь ужас ситуации, он, с
помощью волшебства, взялся соединять силу животного и Аполлита. Целью
было продлить жизнь своих детей.
– И?
– У него получилось. Так
была создана моя раса Аркадианцев - с сердцем человека, и Катагарианцы –
наши враги, с сердцем животного.
Сьюзан кивнула, припоминая сведения, вычитанные в справочнике.
Рейвин ни на минуту не отрывал от неё своих тёмных глаз.

– Понимаешь, о чём я? Ликаон сделал всё возможное, чтобы защитить свою
семью. Он даже бросил вызов Мойрам, когда те приказали убить всех
сотворённых гибридов. Убить своих собственных детей…
Сюзан шокировано открыла рот, когда поняла истинный смысл сказанного.
– Кто-то из полицейских женат на Аполлитке?
– И что если эта Аполлитка обречена на превращение в Даймона?
Эти слова, словно иголки, пронзали её, и Сьюзан даже стало трудно дышать. Всё сходится.

Должностное лицо, имеющее в своём расположении СМИ, для проведения
слежек. Представитель власти с доступом к вещевым доказательствам и
возможностью управлять следователями.
– Это либо начальник полиции, либо мировой судья, так?
– Я бы поставил именно на них.

Девушка прикрыла рот рукой, пока мысли в её голове сменяли друг друга.
Если они ошибаются, и она будет преследовать невинного человека, ей
этого никогда не простят. Но если они правы…
– Нам нужны доказательства. Серьёзные, неоспоримые доказательства.
Рейвин кивнул:
– И нужно побыстрей обезвредить их союзников среди людей.
С этим она была полностью согласна.
– Да уж. Будет опасно, что греха таить, но пока что, первым делом нужно добраться до дневника Джимми.
– Какого дневника?

Девушка отвернулась, мука отразилась на её лице. Прочистив горло, она
спокойно встретилась с ним взглядом, но мужчина всё равно видел боль,
которую она так упорно пыталась спрятать.
– Мой друг, Джимми, следователь, который был в больнице, всегда вёл дневник, куда записывал свои мысли и действия.
– Типа блога?

– Нет, он не любил публичность. Дневник, скорей всего, где-то в его
доме, в виде записей в тетради, либо на ноутбуке. Нужно обыскать дом и
найти их.
Рейвин отнёсся к этому скептически.
– А копы могут знать о дневнике?

– Вряд ли. Как я уже говорила, Джимми не любил публичность, особенно, в
кругу своих сотрудников. Сомневаюсь, что он рассказал им о дневнике,
куда записывал всё происходящее.
А она права. Видят боги, он бы тоже не признался в такой вещи.
– Но, раз уж они пошли на убийство, то неужели не обыскали бы дом?
– Ставлю на то, что нет. Они считают, что с ним покончено, а мы в бегах. Обыск дома может навести подозрение.

У Сьюзан опять нашлось что ответить. Но, вот в чём дело, если копы ещё
не проводили обыск дома, то вскоре обязательно это сделают. И какие бы
доказательства или подсказки не оставил Джимми, они все будут потеряны.
Так что, либо они доберутся до дома сегодня, либо можно навсегда об этом
забыть.
– Хорошо, пошли. Который час?
Она взглянула на часы.
– Половина первого.
– Где он живёт?
– На Авеню Вест, 22.
Отлично. Рейвин потянулся, перед тем как сесть.
– У нас достаточно времени добраться до места, обыскать дом и вернуться до рассвета.
Когда она сидела на матраце, Рейв заметил, что девушка колеблется.
– Есть маленькая проблемка.
Поняв, что Сью имела в виду, мужчина вздохнул.
– Знаю. Если я уйду, меня сюда назад не пустят. Но всё нормально. У меня в запасе секретное оружие.
Девушка вопросительно вскинула бровь.
– И какое же?
– Ты! – ответил он, улыбаясь. – То, как ты пробилась мимо моего отца, было впечатляюще. Тебе стоило бы стать адвокатом.

От его комплимента на щеках девушки вспыхнул румянец. Она отложила
книгу. Рейв встал и протянул ей руку. Сью схватила её, и он рывком
поднял девушку на ноги, но переборщил с силой, и она налетела прямо на
него. При таком прямом контакте у Рейва перехватило дыхание. Каждый дюйм
девичьего тела прижался к нему, отчего он моментально затвердел и,
ощутил боль от желания попробовать её на вкус. Там, на какую-то долю
секунды, ему захотелось снова стать смертным. Что-то в ней очаровывало
его.
– Извини, – слабым голосом сказал он. – Иногда я не рассчитываю силу.
– Всё нормально.
Не было ничего нормального, ему хотелось притянуть Сью ещё ближе и снова испробовать её губы.
Возьми себя в руки, парень.

Заставив себя отступить, Охотник направился к двери, а потом и в
коридор. Он повёл девушку наверх, в заднюю часть убежища, где люди не
могли ни увидеть, ни услышать его родственников. Судя по звукам,
отдававшихся эхом, в это время суток клуб просто гудел. Тяжёлый стучащий
грохот отдавался в голове, причиняя ещё большую боль. К тому же, он всё
равно никогда не увлекался подобной музыкой, предпочитая классический
рок.
Подойдя к полуоткрытым дверям на выходе, Рейв замешкался,
услышав голос брата. И с каждым сказанным словом, Охотник злился всё
сильнее.
– Ты знаешь наши законы, Дориан, – ворчал Феникс. – Его следует убить сейчас же, пока он ещё спит.
Дориан деловито отвечал:
– Закон санктуария…
– К чёрту законы Савитара. Моя пара мертва, также как и мои дети. По закону джунглей…
Рейвин с размаху открыл дверь.
– Выживает сильнейший. Всегда. А в моей книге джунглей, придурок, это совсем не ты.

Братья мгновенно развернулись и встретились с ним взглядом. Мужчина
заметил выражение стыда на лице Дориана, но спустя мгновение тот уже
овладел собой. А вот Феникс – другое дело. Его глаза излучали ненависть.
Рейвин напрягся, ведь это вернуло его в прошлое, в ночь смерти. Он
вспомнил взгляд терзаемой муки на лице брата, когда тот нашёл тело жены.
Она погибла рядом с их матерью, пытаясь спасти сына и дочь.
В
ту ночь Рейвин стоял в дверях, столь же шокированный при виде крови,
стекающей на земляной пол дома. Едва возмужав, он сразу стал воином и
овладел своими силами, но, несмотря на это, такой кровавой бойни ему ещё
не приходилось видеть. Людей не удовлетворило простое убийство, они
изуродовали каждого члена клана, которого смогли поймать. Парня,
девушку, женщину, ребёнка, младенца… для них не существовало разницы.
Феникс обнял свою пару, притянул к себе и взвыл, исполненным криком боли. А потом повернулся к Рейвину.
– Это ты виноват!

Раздавленный собственной виной и горем, мужчина не мог ни двинуться, ни
вымолвить хоть слово. Его взгляд был неотрывно прикован к останкам
матери. К выражению ужаса, что навсегда застыло на её прекрасном лице.

– Расскажи Изабу правду о нас. О себе. Расскажи кто мы, Рейвин. Пусть
она и человеческого рода, но Мойры избрали её в качестве твоей пары…
несомненно, они знают, что делают. Доверяй богам, сынок. Всегда.
В ту ночь, он смотрел на неё, сквозь обжигающие слёзы и слова матери эхом проносились в голове.

А потом Феникс набросился на него. Сначала он ничего и не понял, пока
не почувствовал резкую острую боль в боку. За ней последовала новая, а
потом опять, это Феникс снова и снова вонзал в него кинжал. А Рейвин
просто стоял, принимая каждый удар, не подняв даже рук в целях
самозащиты.
– Умри, сукин ты сын. Надеюсь, ты проведёшь вечность в Тартаре, расплачиваясь за содеянное!
Дориан схватил Феникса и оттянул, но было слишком поздно. Ранения оказались смертельными.

Рейвин попятился, откашливаясь собственной кровью. Он взглянул вниз и
увидел, как она покрыла его руки и побежала по телу, стекая по одежде на
пол, смешиваясь с кровью других. Рейв поскользнулся в этой луже и упал.

Последнее, что он помнил, будучи человеком – своего отца,
подошедшего плюнуть на него, ударить и проклясть его, тогда из груди
вырвался хриплый болезненный вздох
. Эта картина преследовала его до сих пор. Мучила снова и снова, в свете дня, когда мужчина пытался уснуть.

Но больше он не позволит этой вине преследовать себя. Не позволит,
чтобы его ненавидели за то, в чём мужчина не участвовал. Единственной
ошибкой было довериться женщине, которая призналась ему в любви. Он даже
подумать не мог, что она предаст его, накликав гнев людей, до того как
они свяжут свои судьбы.
А теперь он устал. Устал от ненависти и вины. Пора уже оставить прошлое позади.
Рейвин одарил брата презрительной усмешкой.

– Хочешь моей смерти, Феникс, тогда давай выйдем на улицу и покончим с
этим раз и навсегда. Но предупреждаю, меня больше не гнетёт вина, и я не
буду просто стоять, позволяя тебе меня дырявить. У тебя уже был шанс.
Хватит.
Феникс подошёл и стал прямо перед ним. Брат прищурил глаза.
– Тебе следовало оставаться мёртвым.
Рейв никак не отреагировал: ни вздрогнул, ни моргнул.

– Начнём с того, что не следовало позволять себя убивать. Нужно было
надрать тебе задницу, и отправиться за Изабу и её людьми, не потеряв при
этом своей собственной жизни. Даже не так, в ночь моей мести следовало
прикончить тебя, за то, что ты такой эгоистичный ублюдок. Но я этого не
сделал. Простил тебя за своё убийство, также как и отца за то, что
ударил меня. Но я устал вести честную игру, в то время как все вы плюете
мне в лицо. Так что прекрати разводить сопли, малыш, и смирись, как мне
пришлось когда-то.
Он с отвращением посмотрел на Феникса.

Думаешь, тебе было так уж плохо? Поверь, это не так. Я тоже потерял всё,
что имел в ту ночь, включая свою пару и всю семью. По крайней мере, ты и
другие были вместе и могли утешить друг друга. А что, чёрт возьми,
досталось мне? Ни шиша. Мне надоело ходить вокруг тебя на цыпочках,
надоело быть виновным в том, чего не мог остановить. Был бы ты хоть
наполовину таким мужиком, каким себя считаешь, то связал бы себя узами с
Джорджет и умер бы вместе с ней.
Феникс набросился на Рейвина, но Дориан перехватил его и оттянул назад.
– Нет, Никс, ты знаешь закон.
– К чёрту закон! Отпусти меня, Дори!
Дориан отказался.
Рейвин неодобрительно посмотрел на брата, пока тот боролся с Дорианом.

– Вместо того чтобы скулить о том, что ты потерял, малыш, лучше будь
благодарен за то, что имел. У тебя было почти столетие с Джорджет. Одно
столетие. Года. А мне даже дня не досталось с Изабу, как с истинной
парой, и с тех пор ничего. Так что, пошёл ты к чёрту, нытик.
Феникс снова потянулся к брату, Дориан схватил его и пригвоздил к стенке.
– Убирайся, Рейвин. – хриплым голосом сказал Дориан.

Рейвин смотрел на близнецов. Было время, когда он, не задумываясь, умер
бы за них. Подрастая вместе, они становились больше, чем просто
братьями, они превращались в его лучших друзей. Потеря этой дружбы до
сих пор не давала ему покоя, но Охотник научился отгонять эту мысль.
Похоже, он никогда не был для них так важен, как они для него.
– Я ухожу, Дориан, но я вернусь.
Феникс чертыхнулся, а черты его близнеца стали жёстче.
– Тебе придётся найти другое место для передышки.
Рейвин покачал головой.

– Нет другого места, пока я всё не улажу и, ты сам это знаешь. По
закону Омегриона, ты должен принимать меня, даже если я тебе, как кость в
горле.
– Ненавижу! – закричал Феникс. – Только вернись сюда, и я убью тебя, поддонок!
– Становись в очередь.
Когда Рейвин взял Сьюзан за руку и повёл к выходу, Дориан облегчённо вздохнул.


Они покинули здание и направились в проулок за домом. Все это время Сьюзан не знала, что сказать или сделать. Девушка чувствовала боль Рейвина, хоть он изо всех сил и пытался скрыть это злым выражением лица. Она его не винила. Судя по услышанному, просто не возможно было представить то чувство предательства, что ощущал он из-за действий своей семьи. Как они посмели так поступить?
Даже не замедлив шаг, Рейвин сразу двинулся к серому Порше с тонированными окнами. Сью нахмурилась, когда Охотник раскрыл ладонь, взмахнул ею в воздухе и дверь неожиданно открылась.
– Вопрос покажется странным, но, чью машину мы крадем?
Садясь в автомобиль, он даже не поднял глаз.
– Феникса.
– А почему ты уверен, что это его?
– Посмотри на номерную табличку.
Взглянув, она увидела на ней именно его имя, а также наклейку клуба на бампере. Она села внутрь, чувствуя необычное веселье.
– Ты не думаешь, что это еще больше его взбесит?
– Да, я на это надеюсь, – искренне ответил Рейвин. – Иначе, какой смысл ее красть.
– А он не вызовет полицию?
– Неа. Это нарушит законы санктуария. Так что, пусть бесится, а нам нужно кое-куда съездить. К тому же, копы не распознают машину, а тонированные окна нас прикроют.
Она кивнула, пристегивая ремень безопасности.
– Я знаю, что надоедаю, но…
– Надоедливый репортер? Да, такое не каждый день увидишь.
Девушка проигнорировала сарказм, когда он завел машину без ключа зажигания. В нормальном состоянии у этого мужчины были просто сверхъестественные силы.
– Итак, вернемся к моему вопросу. Почему твоя семья в Сиэтле, когда совершенно очевидно, что они и приближаться к тебе не хотят?
Получилось совсем не так, как планировалось. Как ни странно, но в голове это звучало более корректно.
Рейвин окинул ее раздраженным взглядом, а потом выехал из проулка.
– Омегрион решает, где должны размещаться санктуарии, это значит – у них не было выбора. Если они хотели создать санктуарий, то или в Сиэтле или нигде, поскольку именно этот город в нем нуждался.
Несколько секунд она обдумывала информацию.
– А почему они хотели создать санктуарий?
– Думаю, это связано с уничтожением почти всего нашего клана. Много наших берется за основание санктуариев, когда мы находимся на грани вымирания. Это способ удержать врагов на расстоянии достаточно долго для того, чтобы пополнить свои ряды.
Теперь все понятно.
– А как же ты? Как получилось, что ты оказался здесь?
– Я уже был здесь, когда они прибыли. Просто они не знали об этом. Ашерон назначил меня сюда почти двести лет назад, потому что здесь достаточно просторно, и я могу преображаться в свою кошачью форму в любое время. Кроме того, Каэль настоял на том, чтобы меня перевели с ним, он не хотел сам сюда отправляться.
– Значит, вы давно уже дружите?
Мужчина кивнул.
– Он – первый Темный Охотник, которого я встретил, после того, как Ашерон меня обучил. Некоторое время мы находились в Лондоне, потом нас перевели во Францию, позже в Мюнхен.
– Ух, ты! Да вы повсюду побывали.
– В прошлом нужно было очень часто переезжать, потому что люди были более подозрительны, чем теперь. А сейчас все настолько поглощены своими жизнями, что даже не знают, кто живет по соседству, тем более в большом городе.
Сью начала было протестовать, но потом поняла, что он прав. Она до сих пор не знала, как зовут пару, живущую рядом с ней, а ведь они въехали почти два года назад.
Что ни говори, а этот мужчина говорил правду.
– Итак, куда нам ехать? – спросил Рейвин.
– К чертям собачьим.
Мужчина рассмеялся. Звучным, глубоким смехом. Оу, этот мужчина был невероятно сексуален. Особенно при отсветах луны, бросающих тень на его лицо.
– Я серьезно.
– Я тоже. Именно так можно назвать место, куда мы направляемся, – пробормотала она себе под нос, но потом добавила громче: - 43/35, Авеню Вест, 29.
– Неплохой райончик.
– Да, знаю. У Энджи всегда был отменный вкус.
Желая отвлечься, девушка сконцентрировалась на предыдущем разговоре Рейвина и братьев.
– Итак, объясни мне кое-что. Вы постоянно говорили об истинной паре, что это?
Тень легла на его лицо, и это был совсем не отсвет луны. Свет этот казался странным, словно вопрос затронул что-то глубоко личное.
– Охотники Оборотни отличаются от людей.
Нашел мне новость, Шерлок… Но Сью удержалась от сарказма.
– Под отличием, ты имеешь в виду то, что вы живете на протяжении нескольких столетий, можете превращаться в животных, путешествовать во времени и одним взмахом руки творить невообразимые вещи?
Уголки его губ приподнялись, как будто Охотник пытался сдержать смех.
– Да, и это тоже. Но, в отличие от людей, нам не дано выбирать спутников жизни. Мойры…
– Кто?
– Греческие богини Судеб. Именно они решают с кем нас связать узами.
– Агаа, – протянула девушка. – Почему у меня в голове звучит кричащий заголовок Лео? Постой, я знаю почему. Может потому что они выдумка и не существуют?
Рейв раздраженно посмотрел на нее.
– Вампиры тоже, верно?
– Неплохой аргумент. Ладно, они тоже существуют и...?
– И они выбирают нам пары.
Если бы день не выдался таким бредовым, она бы посоветовала ему лечиться. Но, все это должно было оказаться правдой, несмотря на то, что не укладывалось в ее голове.
– И что же они делают? Прыгают туда-сюда по земле, похлопывая тебя по плечу со словами: «Эй парень, женись-ка на ней».
– Нет. На ладонях людей, которым суждено быть вместе появляется знак, по которому они узнают свою пару.
– Навязчиво и грубо, но, так и быть, переживу. Так это все?
– Не совсем. С момента появления знака, у нас лишь три недели, чтобы решить следовать ли ему. Если да, тогда после ночи вместе мы связаны. Если нет - знак исчезает и нам никогда не соединиться ни с кем другим, и до конца жизни мы не сможем иметь детей.
Девушке совсем не понравилось услышанное.
– Паршиво.
– Ты даже не представляешь насколько. Женщина может и дальше заниматься сексом, но мужчина становится импотентом, пока кто-нибудь из них не умрет.
– А что если вы связаны, а один из вас умирает? Связь все еще существует или тот, кто жив, может снова заручиться с кем-нибудь?
– Теоретически, да, но такое случается редко. Единственный шанс обрести пару, это уже большой подарок Мойр. Они настоящие стервы. Но, по крайней мере, смерть одного освобождает другого от связи, поэтому я могу заниматься сексом, хотя так и не закончил ритуал с Изабу.
– Но снова связать себя узами у тебя шансов нет?
– Скажем так, у меня больше шансов умереть, отравившись грейпфрутом.
Она рассмеялась.
– О, да. Сразу видно, что Мойры женщины. Обожаю это.
– Я рад, что тебе нравится, но мне совсем не весело. Перспектива стать импотентом далеко не радужная.
Сью могла его понять.
– Итак, как же появляется знак? С возрастом, что ли? Или вы пересекаетесь на улице?
– Мы занимаемся сексом, – хитро улыбнулся Рейвин.
– Ну да, конечно.
– Да, серьезно. Знак проступает только после занятия сексом с будущей парой. Несколько часов спустя появляется метка.
– А если ты так никогда и не переспишь с парой?
– Тогда никогда и не найдешь. Проживешь всю жизнь без шанса иметь детей.
А Сьюзан думала, что человеком быть паршиво. Она хотя бы имела выбор касательно брака и деторождения.
– Вы действительно не контролируете эту связь?
– Нет, будь оно не ладно. Если бы могли, то, поверь, я бы никогда не выбрал себе в пару человека.
Девушка не знала причины, но эти слова пронзили ее, словно иголкой.
– Знаешь, мы ведь не все такие плохие.
Он грубо фыркнул.
– Извини, но я оставлю свое мнение при себе.
Честно говоря, Сью не осуждала его за такие чувства. Рейв слишком сильно пострадал от поступков одного единственного человека. Она задумалась, какая же женщина откажется от возможности иметь в своей жизни такого мужчину, как Рейвин.
– Так вы с Изабу прошли последний этап в связывании узами?
– Нет. Я по глупости решил сделать благородный поступок и перед завершением ритуала рассказать ей кто я. А поскольку она была человеком, жившим в эпоху Ренессанса, то немного… помешалась.
Это еще мягко сказано.
– Что было дальше все знают.
Он кивнул.
Как же она ему сочувствовала. Насколько ужасно быть преданным тем, кому открыл душу. То, что Алекс бросил Сью из-за нежелания оказаться опозоренным ее запятнанной репутацией, теперь выглядело цветочками. Его поступки были бесчувственными, но поступки Изабу – по-настоящему жестокими.
– Так что это за связывающая клятва, о которой ты говорил Фениксу? – спросила девушка.
– Это особенное обещание, которое мы даем вместе со своей парой, если оба согласны. Оно соединяет наши жизненные силы и если один умирает, то с ним умирает и другой. Мгновенно.
– Романтично и пугающе.
– И не говори. Но именно так мы узнали, что происходит в ночь, когда на наше поселение напали. Несколько членов клана, что были с нами, просто упали замертво. В одно мгновение они живы, а в другое уже мертвы, у наших ног, без видимой на то причины. А раз умерших было так много, мы поняли, что кто-то убивает наши семьи.
Девушка глубоко вздохнула, пытаясь представить весь этот ужас.
– Мне очень жаль, Рейвин.
– Спасибо.
Тем не менее, Сьюзан заметила, как сильно он сжал руль, и ей было за него больно. Они молча ехали к дому Энджи и Джимми. В это время район окружала совершенная тишина, и лишь кое-где горел свет от лампы или телевизора. Сью всегда любила засиживаться допоздна. В этом мирке ощущалось что-то умиротворительное и первозданное. Тишина была практически осязаема.
Приблизившись к дому, девушка заметила патрульную машину, припаркованную у обочины.
– Похоже, что они наблюдают за домом.
Рейвин кивнул.
– После того, что мы пережили днем, другого я и не ждал.
Ну, так и было.
Он проехал вдоль патруля по улице, свернул за угол, а потом припарковался.
– Зайдем с черного входа, пешком.
– Знаешь, жаль, что со всей своей магией, ты не можешь просто переместить нас в дом.
– Вообще-то, обычный Охотник-Оборотень смог бы.
– Но ты не можешь?
Он покачал головой.
– Больше не могу. Став Темным Охотником, я утратил эту способность. Очевидно, Артемида хочет, чтобы мы жили в одном хронологическом отрезке времени, поэтому я не могу больше телепортироваться. Но, в других формах у меня есть более сильные способности. А в кошачьей, я, в отличие от других Темных Охотников, могу ходить при свете солнца. Приятного мало, но не смертельно.
– Так вот откуда ранее взялся запах горелой шерсти в моей машине?
– Именно.
Сьюзан наблюдала, как свет от уличных фонарей падает на красивые черты его лица. Несмотря на то, что время их было ограничено, следовало признать – он великолепен. Она бы все отдала за возможность снова поцеловать эти губы… полностью отдаться во власть его тела, до тех пор, пока оба они не покроются испариной и не обессилят. Но, зная какие чувства он питает к людям, девушка поняла, что для него она лишь на самую малость отличается от Аполлита, ранившего его.
Вздохнув, Сью отбросила эти мысли. Отказ - последнее, что ей нужно было после такого дня.
– Похоже жизнь это сплошные компромиссы, верно?
– И каков твой компромисс? - спросил он, открыв дверцу машины.
Она размышляла над этим, выходя из машины и, стараясь не хлопнуть, закрывая дверцу.
– Наверное, сохранить свое здравомыслие и жизнь взамен на по-настоящему дермовую работу.
Кажется, это его развеселило.
– Неужели Лео такой плохой?
Сьюзан обхватила себя руками, когда они повернули к дому Энджи.
– Вообще-то, Лео, по большому счету, неограненный алмаз. Просто мне ненавистно работать на эту газетенку, причем настолько, что мечты о ее сожжении стали навязчивой идеей.
Рейвин схватил девушку и потянул за куст, когда мимо проехала машина. Съежившись, они прислушивались к мучительно медленному движению автомобиля. Боясь, что их поймают, в миллиметре от цели, Сьюзан задержала дыхание, пока машина совсем не исчезла из виду. Ее взгляд упал на напряженную руку Рейвина, что удерживала девушку на месте. Его длинные, тонкие пальцы согревали Сью, несмотря на слишком сильную хватку. Словно услышав ее мысли, мужчина расслабил руку и успокаивающе погладил запястье девушки. Этот незначительный жест много значил для нее. Охотник выглянул, чтобы осмотреться.
Не говоря ни слова, он потянул Сьюзан к дому Энджи. Они пересекли соседский задний двор, чтобы ускользнуть от патрульной машины, с которой их бы заметили, пойди они по прямой. Рейвин с легкостью поднял девушку и помог перебраться через забор, а потом перескочил и сам.
Она знала, что он принадлежит кошачьим, но все равно по коже каждый раз пробегали мурашки, когда этот мужчина вытворял подобное. Низко пригнувшись и держась в тени, они направились к веранде дома. Опять, он странным жестом сделал так, что раздвижные стеклянные двери открылись, и им не пришлось вламываться.
Сьюзан первой вошла в дом, потянувшись было к выключателю, но вовремя спохватилась.
– А толку то. Я ничего не вижу, а если включу свет, то заметит полиция.
– Ничего страшного. – Рейвин был так близко, что девушка удивилась. Она чувствовала его дыхание на своей щеке. Тепло сильного тела окутывало Сью и по-настоящему успокоило нервы. – Я идеально вижу в темноте. Скажи что искать.
Закрыв глаза, девушка мысленно нарисовала картинку дома.
– Наверху, вторая спальня справа – это офис. Ноутбук Джимми должен быть там. Бери его и еще поищи поблизости дневник в кожаном переплете.
– Это все?
– Не знаю. Если увидишь еще какие-то записи, хватай и их.
Он потянулся и аккуратно толкнул девушку на барный стульчик.
– Хорошо. Жди здесь и я вернусь.
Благодарная за то, что он усадил ее, Сьюзан кивнула и оперлась на стойку. Она прислушалась, как Рейвин крадучись двигался вверх по лестнице… словно кот.
Да уж. Странная у нее жизнь.
Разглядывая дом, поглощенный темнотой, слишком знакомую мебель, скрытую тенями, девушка почувствовала скорбь глубоко в груди. В последний раз она была здесь на день рождение Энджи, несколькими неделями ранее. Джимми дразнил Энджи, что та становилась похожа на Мерлин и года ей шли лишь на пользу.
– С каждым годом, ты становишься еще прекрасней.
В третий раз Энджи праздновала тридцать пять. Она спокойно сносила все шутки, напоминая Сьюзан, что та сама наступает ей на пятки.
Она бы все отдала, чтобы вернуться и прожить тот день снова.
– О, Энджи, - выдохнула Сью, чувствуя боль от потери. Как могло так случиться, что их больше нет? Такая потеря. Такая жестокая трагедия.
– Не думай об этом. – Но это было невозможно. Она не должна стареть без друзей. Они были ее семьей. Без них девушка чувствовала себя совершенно потерянной и одинокой.
Брошенной не произвол судьбы.
Несмотря на твердость своего характера, Сьюзан почувствовала, как по щеках покатились слезы. Вытирая их, она ненавидела себя за слабость. У них важное дело, а Сью сидит и разводит нюни, как маленькая девчонка.
– Сьюзан?
Девушка подскочила от глубокого голоса прямо у ее уха.
– Рейвин! Не пугай меня так. – Она почувствовала, как мужчина крепкой рукой обхватил ее и притянул к своему твердому телу. Его запах успокаивал, даже, несмотря на то, что от этого у нее щекотало в носу.
– Все хорошо.
Но она знала, что это не так. С их смертью уже ничто не будет хорошо. Тем не менее, именно такой как он пытается ее утешить.
Впрочем, если кому и ведомо что такое боль, так это мужчине, что обнимает ее. Он также, потерял все. Благодарна за его присутствие, она откинулась на твердую мужскую грудь и прижала мускулистую руку к своему сердцу. Молча, девушка боролась со слезами, ее дыхание сбилось.
Кашлянув, Сью нежно сжала руку Рейва и отступила.
– Нашел?
– Да. Все было так как ты и описала. Теперь убираемся отсюда, пока нас не заметили.
Он взял небольшую коробку под одну руку, а другой схватил Сью и повел ее назад на веранду. Они тихо пересекли двор и направились по той же дороге к машине. С каждым шагом девушка ожидала, что их поймают. Она задержала дыхание, переживая, что либо полиция, либо Даймоны каким-то образом узнают, где они.
К тому времени как они подошли к Порше, Сьюзан думала, что нервы не выдержат. Она первая села в машину и пристегнулась, а Рейвин положил коробку ей на колени. Девушка нахмурилась, а он закрыл дверь и обошел с другой стороны. Затем она увидела, что было на самом верху…
Скорбь и радость смешались, а в горле образовался комок. Там лежала фотография в рамке, где изображены она, Энджи и Джимми, снятая прошлым летом, когда они ловили рыбу в открытом море. Сью и Энджи показывали на гигантскую рыбу-меч, которую поймал Джимми, а он стоял с поднятыми руками словно мужчина-завоеватель.
Прижав фото к себе, она посмотрела на Рейвина, потрясенная его заботливостью.
– Спасибо.
Он просто кивнул головой, завел машину и поехал прямиком к Серенгети.
Сьюзан положила фото назад в коробку, пытаясь держать себя в руках, в то время как злость от несправедливости их смертей все возрастала. Она желала мести. Нужно успокоиться, Сью. Но это не так легко. Она не переносила эмоционально неуравновешенных истеричек, но именно такой себя чувствовала сейчас.
– Извини, Рейвин.
– За что?
– За то, что приходится иметь дело с невротичной Сьюзан. Обычно я более собрана.
К ее большому удивлению, он потянулся и взял ее за руку.
– Даже не думай извиняться передо мной, малышка. Те изящество и силу, которые ты проявила сегодня вызывают во мне не больше-не меньше как уважение. Да не каждый мужчина сможет продержаться так как ты, по крайней мере, я таких знаю очень мало.
От этих слов ее сердце застучало сильнее.
– Спасибо.
Рейвин сжал ее руку, а потом отпустил, чтобы переключить передачу. Сьюзан вытерла глаза, наблюдая, как уличные фонари освещали его лицо, выделяя резкие черты. Он уникален. Девушка задумалась, каким бы был Рейв, окажись просто парнем с улицы.
Нет, такого невозможно представить. Он настолько невероятен. Такой мужчина никогда не сможет быть обычным. Именно поэтому Сью знала, что такая женщина как она не заслуживает больше, чем сиюминутной встречи с таким как он.
Рейвин не промолвил ни слова, проезжая по тихим улицам Сиэтла. Но он чувствовал Сьюзан каждой частичкой своего тела. Темный Охотник внутри него ощущал, как бьется сердце девушки, как по венам течет кровь. Хищник ощущал ее тревогу и горечь. Все чего желал мужчина - поцеловать эти раскрытые губы и обнимать ее до тех пор, пока она опять ему не улыбнется.
Когда Сью оказывалось так близко, было трудно мыслить трезво. Более красивой женщины он не встречал никогда.
Он взглянул на руку Сью на коробке. Руку, которую он хотел нежно целовать, а потом провести ею вниз, чтобы она обхватила его и ласкала ту часть, которая болезненно жаждала испробовать ее сексуальное тело. Но такое животное как он не посмеет даже прикоснуться к этой драгоценности. Сьюзан была одной из немногих достойных представителей человеческого рода, которых встречал Охотник. И она заслуживала большего, чем такого как он. Ерзая на сидении, Рейв стиснул зубы. Не время давать гормонам волю.
Конечно время…
Ему хотелось зарычать на самого себя. Вместо этого, он надавил на газ, желая поскорее установить между ними расстояние, пока не поддался животной потребности переспать со Сью.
Не так быстро как ожидал мужчина, нужно же было думать и про безопасность, он припарковал машину ровно там, где ее и оставил Феникс. Рейв помог Сьюзан выбраться из автомобиля и направился назад в клуб. В зале было не так громко, как ранее. Без сомнения, клуб малу-помалу утихал, но людей все еще было достаточно. Громкий ритм танцевальной музыки бил по ушам. Воздух переполняли запахи алкоголя, дешевых духов и жирной еды. Рейвин ждал пока один из его "семейки" не появиться, чтобы подоставать.
Свернув за угол, они чуть не натолкнулись на Эрику.
– Извините – сказал она, проходя мимо.
– Куда это ты направляешься? – спросил Рейвин. Ее отец снесет Охотнику голову, если с этой девчонкой что-то случится пока он на Гавайях.
– Туда.
– Куда туда?
Она тяжело вздохнула.
– На танцплощадку, если уж так интересно. Хочу танцев до упаду.
Он подозрительно взглянул на нее.
– А тебе завтра разве не нужно в школу?
– Расслабься, папаша. Лео сказал, что пока угроза не минует, я останусь здесь. Они боятся, что меня схватят Дулоси.
– Кто? – переспросила Сьюзан.
Рейвин развернулся.
– Это термин, которым называют людей, что помогают Аполитам или Даймонам.
– О.
Эрика направилась было к двери, что вела в клуб, а потом помедлила.
– Ах да, если вы, ребята, проголодаетесь, скажите женщине на кухне, Терре, и она вам что-нибудь приготовит. Должна сказать, что бургеры здесь отпадные.
– Спасибо, – ответила Сью, но Эрики уже и след простыл.
Рейвин взял у девушки коробку.
– Принеси нам что-нибудь поесть, а я выложу это в нашей комнате внизу, чтобы хорошенько просмотреть.
– Ладно.
Сьюзан смотрела, как Рейвин пошел вниз, а потом направилась на стук сковородок и стаканов, пока не вышла к кухне. Она не знала, являлись ли людьми те, кто здесь работал. Было по-настоящему странно, больше не знать, кто есть кто.
– Вам помочь?
Она развернулась и увидела высокую брюнетку. Та напомнила Сюзан стройную модель с необычайно яркими глазами. Кристально синие, они, казалось, светились, когда смотрели на нее словно хищник на природе.
Сьюзан не желала, чтобы ее запугивали, хоть женщина и очень старалась.
– Эрика сказала, что нам можно взять что-то перекусить.
Было похоже, что женщина отреагировала на это с большой неохотой, она по-кошачьи огляделась вокруг. Не прошло и минуты, как ее взгляд опять вернулся к Сьюзан.
– Ладно, только не говорите Дори, что я вас кормила. Последнее, что мне нужно это выслушивать об этом от него.
Это, наверное, Терра, и Сью была благодарна, что она не бессердечна.
– Спасибо.
– Не за что.
Сью отступила, а женщина сделала две тарелки бургеров и жареной картошки.
– Вы тоже из семьи Конти?
Та подняла вверх руку и показала очень крутой геометрический знак на своей ладони.
– Дориан – моя пара. Меня зовут Терра.
Так вот на что похож этот знак. Мило.
– Приятно познакомиться.
Терра фыркнула.
– Ну да, как же. Тебе не нравится быть здесь ровно настолько, насколько нам не нравиться ваше пребывание. Я чувствую твои эмоции, которые так и сочатся из пор. Но ничего. По крайней мере, каждый знает свое место. – Терра подала Сью тарелки. – Пиво дать?
– Было бы замечательно.
Терра вытерла руки о фартук и вытянула две бутылки из ящичка позади. Она поставила их на поднос и махнула Сьюзан, чтобы та также поставила туда тарелки. Как только она это сделала, Терра подала ей поднос.
– Донесешь?
– Да, спасибо.
Терра кивнула, а потом опять принялась наставлять одного из официантов отнести к столику заказанные соленые крендельки.
Сьюзан взяла поднос и направилась вниз в их комнату. Рейвин уже загружал компьютер. При виде пива его лицо, в буквальном смысле слова, осветилось от радости, словно у ребенка, что в первый раз увидел Санту.
– Ты прочла мои мысли.
Сьюзан улыбнулась и передала ему бутылку.
– Не я, Терра.
– Терра?
– Как оказалось, у твоего брата Дориана есть пара.
У Рейва отвисла челюсть.
– Правда, что ли?
– Ага. Она довольно интересная женщина. Немного грубоватая, но, по крайней мере, накормила нас.
– С этим спорить не буду, особенно если еда также хороша на вкус, как и на запах.
Сьюзан поставила поднос на пол и потянула к себе ноутбук Джимми.
– Итак, что же ты нашел в его офисе?
– Улов невелик. Несколько писем, несколько папок с файлами, пару кожаных дневников и ноутбук.
И одна фотография, о которой он не упомянул. Игнорируя эту мысль, она начала проглядывать файлы в компьютере, но неожиданно волна невероятной боли накрыла девушку. Это личные файлы Джимми. Вся его жизнь была в этом компьютере. Налоговые записи, семейные фото, электронные письма от друзей, шутки…
Все.
Сью почувствовала руку Рейвина на своем плече.
– Хочешь, я это сделаю?
– Нет, – ответила она, глотая жгучий комок в горле, когда вернулось чувство гнева. – Я его должница.
Рейвина поражала смелость и решительность этой девушки. Он не видел ранее ничего подобного.
– Ладно. Пока ищешь, я вызову других Темных Охотников и проконсультируюсь с ними.
Она кивнула.
Рейв не был уверен, услышала его Сью или нет. Он достал свой телефон и позвонил Ашерону. Как и раньше ответа не было. Черт. Ему не помешал бы совет от «старшего», как уладить всю эту кутерьму. Если и есть что-то, в чем Ашерон разбирался, так это склад ума Даймонов.
Потом, одного за другим, Рейвин вызвонил других Темных Охотников, что базировались в Сиэтле, и выяснилось, что все они находились на патрулировании, начеку.
Единственный, кто не ответил - Алоизиус. Темный Охотник шотландец, что пребывал в Сиэтле с 1875 года.
Рейвин чертыхнулся.
– Все нормально?
Он посмотрел на Сьюзан и кивнул, хотя от всего этого ему становилось паршиво.
– Думаю, я знаю, кого они убили… он был хорошим человеком. – Мужчина тряхнул головой от отвращения и придвинулся ближе. – Нашла хоть что-нибудь?
– Пока нет. Лишь несколько заметок о вещах, которые исчезли из его файлов на работе. Какие-то пропавшие улики. Но никакой теории кто стоит за этим и почему.
Рейвин наклонился вперед, чтобы прочитать, но не успел он это сделать, как сверху донесся хлопающий звук. Более того, он ощутил волну общей ярости и страха в воздухе. Это чувство было сокрушительным.
Наверху случилась настоящая беда…

 

 


Категория: Главы | Добавил: Нафретири (04.11.2011)
Просмотров: 995 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
avatar