Главная » Переводы » Темная сторона луны, Ш. Кеньон » Главы

Глава 7, Темная сторона луны - Ш. Кеньон

Глава 7

Ошеломлённый, Рейвин застыл на пороге, наблюдая с раскрытом ртом за переплетёнными в постели телами Каэля и женщины-Аполлита. Пойман с поличным.
– Последнее, что мне сегодня нужно - это волосатая задница крупным планом, – сказал он, повернувшись к ним спиной. – Господи, по-моему, я ослеп!
У Сьюзан отвисла челюсть, а Отто и Лео хохотали вовсю. Они отступили назад в коридор, скрываясь из виду голой парочки.
Каэль прорычал грязное ругательство.
– Какого чёрта? – потребовал он злобно, с сильным акцентом странной смеси шотландского и ирландского. Рейвин слышал, как те двое засуетились в кровати, наверняка пытаясь прикрыться.
– И к сведению, моя задница совсем не волосатая. Уж если из нас двоих кто и лохматый, так это ты. Вас что, не учили стучаться?
– Обычно я так и делаю, – съехидничал Охотник, – но не когда думаю, что на тебя напали.
– На меня и напали… самым желанным образом. Тебе следовало хоть иногда самому пробовать, Рейв, может, тогда не был бы таким говнюком.
Мужчина закатил глаза.
– Ну, я не знаю. Это ведь тебя так волнует мой лохматый зад. Так что же из этого следует, приятель?
Туфля пролетела и ударилась о стену, совсем рядом с головой Рейвина.
– Ты промазал, Каэль.
– Это был не Каэль, – послышался тихий, язвительный голосок. – И в следующий раз я не промахнусь, – сказала женщина взволнованным тоном.
До того, как Оборотень смог ответить, Каэль прочистил горло:
– Короче, почему ты здесь, Котик?
– Есть разговор, и для тебя – Мистер Кот!
– Подожди за дверью, пока мы с Амарандой оденемся, - раздражённо вздохнул он.
Рейвин через плечо взглянул на них, завёрнутых в одну лишь простынь, а потом вышел к остальным и закрыл за собой дверь.
– Думаю, я лучше подожду наверху, – сказал Лео, направляясь прямо по коридору. – Позовёте, когда будет нужна помощь в поимке сексуально озабоченных парочек.
– Заткнись, Лео, – прорычал Охотник. – Ты не настолько важен для меня, чтобы нахамить и не получить за это по шее.
– Ну, конечно, – пренебрежительно ответил тот и направился наверх, скрывшись из виду.
– Ну что ж, это действительно было неловко, – произнесла Сьюзан тоном, что, без сомнения, занял бы первое место в Национальном Конкурсе Сарказма. Она сложила руки на груди, смотря на него своими чистыми голубыми глазами. – Теперь, когда я из первого ряда увидела брачные ритуалы Тёмных Охотников, может, поедем ещё в какие-нибудь прикольные местечки, а? Знаешь, мне давно не было так стыдно. Ещё со времён колледжа, когда на физкультуре в моих шортах порвалась резинка. Мне тогда хорошенько досталось, за то, что на трусах была дырка.
Кто знает почему, но мысль о попке Сьюзан, торчащей из прорези её трусиков, действительно завела мужчину… да, похоже, он совсем съезжал с катушек.
Рейвин не успел прокомментировать саркастическое замечание девушки, когда дверь открылась, и показался Каэль, одетый лишь в красно-чёрный килт, обёрнутый вокруг его стройных бёдер. Он попытался привести свои волнистые тёмные волосы в порядок, потом посмотрел на всех и скрестил руки на исцарапанной голой груди.
– И чем же я обязан такому неожиданному вторжению, к моему большому неудовольствию? Для вас же лучше, чтобы ответ был «Армагедону», если хотите остаться в живых, конечно.
Сьюзан изо всех сил пыталась не таращиться, но это давалось ей с трудом. Как и Рейвин, мужчина имел фигуру подтянутого спортсмена… с идеальными кубиками пресса. У него также была татуировка с изображением лука и стрелы, только вот размещалась внизу, на левом бедре, а другой рисунок, изображавший сердце, пронзённое кинжалом, спускался по руке. Стебли лозы, наоборот, поднимались вверх и переплетались на плече, доходя до груди по правую сторону. Густые чёрные волосы волнами спадали на мужественные плечи. Его красивое лицо покрывала однодневная щетина, а тёмные глаза обрамляли такие длинные ресницы, что всё в целом следовало бы запретить законом.
У Рейвина на челюсти задёргался мускул, когда он взглянул на друга.
– Ты почти угадал. Я здесь, чтобы предупредить, что Аполлиты совершат попытку убить тебя.
Каэль зло ухмыльнулся на это предостережение.
– Ты опоздал. Амаранда пытается сделать это уже целый день, но я всё никак не поддаюсь, – он заговорщически вздёрнул брови.
Сьюзан передернуло от развращённого тайного смысла его слов.
Ноздри Оборотня раздулись, когда он раздражённо посмотрел в сторону закрытой двери.
– Это не шутки, Каэль. Всё очень серьёзно. Поверить не могу, что ты здесь развлекаешься в одной кровати с врагом. О чём только думаешь?
На лице Каэля не осталось и намёка на юмор. Сложенные на груди руки напряглись.
– Поосторожней, дружище! Ты будешь говорить о ней уважительно, усёк?
Дверь спальни открылась и показалась Амаранда. Высокая, неимоверно красивая, эта женщина была из тех, которым Сьюзан всю жизнь завидовала. В ней не было ни грамма лишнего жира, на что указывала её одежда: джинсы в обтяжку, еле прикрывающие ягодицы, и обтягивающий красный топ на бретельках, который больше обнажал, чем скрывал. Золотой браслет в виде змеи обвивал тонкую левую руку, очень подходя к золотым серёжкам, а пупок был проколот кольцом, внутри которого свисала ярко-красная луна. Когда она повернулась к Сью, та увидела у неё ещё и маленькую алую серьгу в правой ноздре.
Девушка было подумала, что на улице немного холодновато для подобного наряда, но промолчала. Может эта женщина простудится и наберёт пару лишних килограмм… По крайней мере тогда она прикроет своё идеальное тело, чтобы Сьюзан не чувствовала себя такой неполноценной.
Заметка: с завтрашнего дня сесть на диету.
Откинув идеальные светлые волосы, доходящие до талии через плечо, Амаранда удостоила их лишь мимолётного взгляда, а потом посмотрела на Каэля. В её глазах безошибочно читалась глубокая, всепоглощающая любовь. В ответ он улыбнулся, посылая ей аналогичные эмоции. Мужчина сказал что-то на незнакомом Сью языке.
Амаранда ответила тем же. Подобно Каэлю, при разговоре у неё тоже виднелись клыки.
Когда женщина удалилась, Рейвин скривил губы:
– Ты даже разговариваешь на их языке?
Склонив голову, Каэль потёр переносицу средним пальцем.
– Что ж, прекрасно. Только позволь ввести тебя в курс событий, что произошли, пока ты любезничал со своей подружкой.
На это он получил лишь раздражённый взгляд.
– Так вот, на рассвете меня подобрали Аполлиты и привезли в приют для животных, где почти отправили на тот свет. Пока я драл оттуда когти, они отправили группу людей и полу-Аполлита, чтобы добить меня при дневном свете. Один Тёмный Охотник уже убит, пока мы не знаем, кто именно, а сегодня вечером напали на штаб-квартиру Адамсов. Патриция может даже не пережить эту ночь.
С каждым словом Рейвина, лицо Каэля становилось всё более серьёзным.
– Что?
– Это правда, – сказала Сьюзан в его защиту. – Полиция и Аполлиты в сговоре с Даймонами и охотятся за вами всеми.
Даже когда эти слова слетели с её губ, они всё ещё казались абсурдными.
– Да, – добавил Отто. – Три часа назад, перед атакой на Адамсов, мы отправили сюда Оруженосца, чтобы предупредить тебя.
Каэль нахмурился.
– Никакой Оруженосец сюда не приходил, иначе Кэрри бы мне сказала.
– Кэрри? – переспросил Рейвин.
Каэль замешкался, бросив тёмный взгляд в сторону лестницы, ведущей к клубу. По выражению его лица девушка поняла, что внутри он пытался решить что-то очень важное. Было видно, что чувствовал он себя крайне неловко, но всё же ответил:
– Моя свояченица.
У Рейва перехватило дыхание, эти слова были словно раскалённое лезвие. О чём, чёрт возьми, он думает?
– Твоя кто?
Черты лица Каэля напряглись.
– Амаранда – моя жена.
Ярость и неверие слились в одну сплошную агрессию внутри Оборотня.
– Ты что, совсем сдурел?
Каэль начал надвигаться на него, но потом передумал. В конце концов, что бы ни сделал один Тёмный Охотник другому, первому воздастся в десять раз больнее. Если он просто толкнёт Рейвина, то это отразится на нём сокрушительным ударом.
– Я прекрасно понимаю, что делаю.
Да, конечно. Путаться с Аполлитом подобным образом, всё равно что зарабатывать на жизнь, добывая змеиный яд. Рано или поздно, одна из этих тварей обязательно развернётся и укусит его – такова звериная сущность.
– Ты ненормальный придурок! Ты хоть представляешь…
– Конечно, представляю, Рейв, – ответил Каэль, стиснув зубы. – Не думай, что для нас обоих это так просто. Было тяжело. Мы прекрасно понимаем все минусы этих отношений, – неподдельная и сильная боль читалась в его глазах.
Какая-то часть Рейвина сочувствовала другу, но у другой просто чесались руки выбить из него всю дурь, чтобы тот наконец понял доводы рассудка. Они здесь не в игры играют. Идёт война. И как можно драться, когда все твои родственные чувства и преданность на стороне врага, которого поклялся убивать?
– Сколько ей лет? – тихо спросила Сьюзан.
Боль в глазах Каэля вспыхнула с новой силой.
– Через несколько дней исполнится двадцать шесть.
– Чёрт возьми, Каэль, – еле слышно прошептал Контис. Ему хотелось наорать на друга, но что теперь толку. Они уже женаты. Хоть это и был самый глупый поступок, о котором Рейвин когда-либо слышал, Каэль не малое дитя. Он понимал, на что идёт, ведь именно ему придётся жить с последствиями всего этого. Оборотень не собирался читать нотации о любовных отношениях, он и сам облажался из-за женщины. Тем не менее, удивительно, насколько глупым может стать мужчина, когда речь заходит о противоположном поле.
– Ну, теперь я, по крайней мере, понимаю, почему Аполлиты одобряют твоё проживание здесь. И сколько вы уже женаты?
– Четыре года.
Рейвин издал звук полный отвращения, в неверии переглянувшись с Отто. Его просто шокировало то, что Каэлю удалось удержать это в тайне так долго. Впрочем, Охотники ведь не ходят друг к другу в гости, к тому же, тот никогда не просил об Оруженосце. Даже десять лет назад, когда только переехал в здание Аполлитов. Каэль оставался один, так что удержать тайну под семью замками не составило труда.
Поскольку Тёмным Охотникам было запрещено ходить на свидания, либо же иметь хоть какие-то продолжительные отношения, то эта тема и вовсе не всплывала.
Напрашивался вопрос:
– Эш знает?
Каэль пожал плечами.
– Если и так, то он это не комментирует.
Нужно было отдать другу должное, он умел ходить вокруг да около, не давая прямого ответа на вопрос.
– А ты ему говорил?
– Нет, – признал тот, – но и не скрывал ничего. Я не стыжусь своей жены или нашего брака. Но было решено, до тех пор, пока никто не спрашивает, я не затрагиваю эту тему.
– Как насчёт её семьи? – спросил Отто. – Поскольку Аполлиты плодят кучу детишек, уверен, кроме сестры у неё есть ещё родственнички. Что ты делаешь, когда они превращаются в Даймонов?
Каэль принял оборонительную позу.
– А кто говорит, что они превращаются в Даймонов?
Рейвин и Отто с сомнением посмотрели на него.
– Ты утверждаешь, что все они умерли? – задал вопрос Оруженосец.
Охотник опять сложил руки на груди, а выражение лица приняло оттенок застенчивости.
– Не совсем. Некоторые из них исчезли.
– Исчезли… – передразнил его Рейвин. – То есть стали Даймонами.
Ни один мускул не дрогнул на лице Каэля.
– Нет, исчезли.
Теперь и на лице Отто явно просматривалось отвращение. В воздухе было столько напряжения, от чего волоски на руках Сьюзан намагнитились. Она всё ожидала, что они бросятся друг на друга, но к их же пользе, физических действий никто не принимал.
– Меньше знаешь, крепче спишь, так что ли? – спросил Отто.
– Они моя семья, – ответил Каэль, стиснув зубы. – Я не отправляюсь на их поиски, когда они уходят. Здесь и так достаточно Тёмных Охотников, чтобы разобраться, если кто-то из них присоединится к другой стороне.
Отто издал длинный усталый вздох.
– Семья? Ты уверен, что они тебя также воспринимают? Скажи-ка мне, а что ты будешь делать, когда однажды проснёшься с отрубленной головой, потому что твоя, так называемая, семейка разозлилась… Не обманывай себя, Каэль. Вы враги. Всегда. Рано или поздно один из них обязательно ПОДСТАВИТ ТЕБЯ!
– Думаю, у него проблема будет посерьезней, – сказал Рейвин, притянув всё внимание к себе. – Что ты собираешься делать, когда Амаранде исполнится двадцать семь?
У Сью сердце разрывалось при виде мучительной боли в этих тёмных глазах. Каэль отвернулся.
– Мы это не обсуждаем.
– Почему? – задал вопрос Отто. – Ты собираешься держать её за руку, когда она будет кормиться людьми?
Это положило конец затишью перед бурей. Каэль схватил Оруженосца и прижал его к стене с такой силой, что Сьюзан даже удивилась, как не потрескалась штукатурка. Он обнажил свои клыки, и девушка ожидала, что Охотник вцепится Карвалетти в горло.
– Это тебя не касается, человек.
Рейвин расцепил мужчин и встал между ними.
– Это касается всех нас, Каэль. Всех.
Тот поджал губы, дико рыча.
– Знаете, всё может оказаться не так уж и плохо, – сказала Сьюзан, привлекая внимание. – Каэль может расспросить их о том, что же происходит, правда?
Тот покачал головой, а Рейв удивлённо посмотрел на него.
– Нет, – ответил тот твёрдо. – Я не оказываю таких услуг. Они не спрашивают меня о Тёмных Охотниках и наших делах, а я не задаю вопросов о других Аполлитах и Даймонах.
– Невероятно.
– Только не надо смотреть на меня сверху вниз, умник, – съехидничал Каэль. – Как будто сам не охотишься за семьей. По крайней мере, на моих руках нет крови Аполлитов. А вот как ты можешь вести охоту за своими же?
Сью перегородила путь Оборотню, который двинулся в сторону Каэля.
– Хватит, парни.
– Она права, – поддержал девушку Отто. – К тому же, вы наверное уже и так ослабили силы друг друга.
– Ослабили, – хором ответили они.
Дверь в конце коридора открылась и к ним направилась Амаранда, неся небольшой пакет, из которого пахло едой. Когда она проходила мимо них, Сьюзан заметила на талии женщины маленькую татуировку в виде лука и стрелы Тёмных Охотников переплетённую с розой.
Аполлит демонстративно взглянула на Рейвина. Каким-то образом ему удалось не выказать ни одной эмоции.
– Каэлю нужны силы. Вам следует уйти.
Когда Амаранда прикоснулась к мужу, взгляд Рейва упал на татуировку в форме слезинок на её руке.
– Она - Спати?
Черты лица Каэля опять ожесточились.
– Она не Даймон.
– Но её учили драться с нами.
Амаранда вскинула подбородок, гордо встречая критику Рейвина.
– Меня учили защищать себя и тех, кого я люблю.
– От чего? – бесстрастно спросил Отто.
Девушка одарила его испепеляющим взглядом.
– Как придётся.
Воздух опять наполнился невысказанной злобой и враждебностью. У Сьюзан мурашки пошли по спине, словно она столкнулась с необъяснимым. Ощущение не из приятных.
Стена холода разрушилась, лишь когда Каэль посмотрел на жену. В одно мгновение его гнев исчез, превратившись в более нежное чувство.
– Милая, ко мне сюда раньше приходил Оруженосец?
– Нет, – выражение её лица было открытым и искренним.
– Ты уверена? – спросил Отто.
Она кивнула:
– В противном случае Кэрри бы мне сказала. Она бы такое не скрывала.
Отто побледнел.
– Он не вернулся и сюда не добрался. Наверное, они его перехватили. Чёрт. Интересно, когда мы найдём тело.
Рейвин тяжело вздохнул, и Сью ощутила его усталость и грусть. Ей хотелось утешающе коснуться его плеча, но, в конце концов, девушка решила, что это будет не очень благоразумно. Ведь, в отличие от Каэля и Амаранды, они не были парой. К тому же, она не знала, как правильно себя повести, в случае если мужчина примет утешение, или же отвергнет его.
– По крайней мере, мы знаем, что Каэль в безопасности. Хоть за это можем быть спокойны, – Рейв покосился на другого Тёмного Охотника.
– Оставайся на связи и помни, что я сказал. Рано или поздно, эта битва постучится в твою дверь.
Беспокойство отразилось на лице Амаранды, когда она взглянула на мужа.
– Какая битва?
Он взял её за руку.
– Никакая, дорогая. У них просто мания преследования.
Отто фыркнул на эти слова:
– Не будь слишком самоуверен, а то не равен час…
– Пошли, – сказал Рейвин, толкая того в сторону лестницы. – Нам и так есть чем заняться и кому досаждать.
Оруженосец скинул его руку и направился по коридору, подальше от Каэля и Амаранды. Оборотень пошел за ним.
Сьюзан плелась позади них, подойдя к лестнице она обернулась и увидела, что Амаранда бросила пакет с едой на пол, а Каель схватил её в объятья, обхватил лицо своими большими руками, и страстно поцеловал.
Вмиг улетучилась вся его жёсткость, а вместо этого появилась мягкость мужчины, который до сумасшествия влюблён в свою жену.
– Тебе нужно поесть, – промолвила Амаранда, оторвавшись от его губ. Он ответил дразнящей улыбкой.
– А я и собираюсь поесть… только вот еда может подождать.
Она рассмеялась, когда мужчина поднял её на руки и направился в их спальню.
Наблюдая за этой картиной, Сьюзан почувствовала горько-сладкую боль. Господи, каково же это чувствовать такую влюблённость? Она даже представить не могла. Момент, когда девушка почти подобралась к этому чувству, был с Алексом, во времена работы репортёром. Он трудился на газету конкурентов, они встречались три года, даже подумывали о свадьбе.
До тех пор, пока не свалился весь этот позор. Тогда он исчез из её жизни так быстро, что сердечная рана до сих пор не зажила.
«Я не могу остаться с тобой, Сью. Ты хоть представляешь, что скажут люди? Никто больше не сможет доверять мне. Ты угробила свою карьеру. Я не позволю тебе угробить и мою».
Самое грустное, что она действительно это понимала. Лучше уж пусть он уйдёт, если не любит настолько, чтобы остаться рядом в такую минуту.
Но понимание этого не спасло девушку от боли, даже спустя столько времени. Как же она завидовала Каэлю и Амаранде за способность любить, даже когда все вокруг их за это осуждали.
Впрочем, это осуждение смягчалось тем, что ожидало Каэля через год, когда его жене суждено будет умереть…
С тяжёлым сердцем Сьюзан прибавила шаг по лестнице за Рейвином и Отто, которые уже успели забрать Лео. Клуб всё ещё грохотал, студенты и Аполлиты перемешались на танцплощадке. Девушка миновала группу высоких блондинов, с явной злобой смотревших на них своими тёмными глазами. Она почувствовала себя аквариумной рыбкой, запертой с акулами. В том, как они наблюдали за ними, было что-то очень подозрительное, и Сью, как репортёр, сразу насторожилась.
– Рейвин? – дёрнула она его. – У меня плохое предчувствие.
– Насчёт чего?
– Не знаю. Что-то не так. Я не могу это объяснить…
Раздражающий свет коснулся его глаз.
– Не бойся, моё шестое чувство тоже вовсю трезвонит. Думаю, лучше всего убраться отсюда, как можно скорее.
Она кивнула, и они последовали за Лео и Отто на улицу, подальше от клуба.
Рейвин всё никак не мог избавиться от плохого предчувствия, о котором говорила девушка. Ему было совсем не до шуток. В воздухе витал запах, который он никак не мог определить. Это не был Даймон или Аполлит. Это также не был человек. Что-то другое… тёмное и могущественное, напрямую касающееся его. Нужно было доставить людей в безопасное место, до того, что бы это ни было, проявит себя.
– Что теперь? – спросил Лео, как только они вышли на улицу.
– Всем Тёмным Охотникам сообщили о том, что происходит? – задал вопрос Рейвин.
Лео утвердительно кивнул.
– Тогда… – голос мужчины дрогнул, когда он почувствовал острый укол в плече. От этой резкой боли он сразу ощутил покалывание и жжение в руке.
– Что это было?
Он встретился с хмурым взглядом Отто.
– Что? – спросил Лео.
Рейвин не мог говорить. Казалось, его язык распух до таких размеров, что не вовсе двигался. Голова начала дергаться. Зрение стало расплывчатым и туманным.
– В него попали! – закричал Отто. Он отдал Сьюзан ключи от своего Ягуара, потом обхватил Оборотня за талию и потянул к машине.
– Убираемся отсюда. Немедленно. Лео, возьми машину Рейвина и гони.
Сью достала ключи у Охотника в кармане и бросила их Лео. Тот безоговорочно подчинился.
Девушка не успела и глазом моргнуть, как увидела команду из пяти Даймонов, появившихся навстречу из переулка слева от них. Четыре мужчины и женщина. Они, словно наёмные убийцы, двигались решительным шагом, а сильный ветер Сиэтла развевал их длинные плащи. На каждом были полностью закрытые солнечные очки, а отточенные и жёсткие черты лица говорили о том, что они пришли за кровью.
Их кровью.

С бешено колотящимся сердцем Сьюзан села в машину и повернула ключ зажигания, как раз в тот момент, когда Отто затолкнул Рейвина на заднее сиденье. Что-то тяжёлое ударилось о машину.
Перепуганная до смерти, Сью глянула вверх и увидела Даймона, стоящего на капоте и обнажившего клыки. Он вытащил пистолет из складок плаща и приготовился стрелять сквозь лобовое стекло.
– Пошёл к чёрту, гад! – прорычала девушка, дав задний ход и выкручивая руль, не дожидаясь пока Отто закроет дверь. Враг отлетел, когда машину занесло в сторону. Она со всей силы нажала на тормоз, дверь захлопнулась, с заднего сидения послышалось грязное ругательство.
– Пристегните ремни и держитесь крепче, – предупредила девушка, переключая коробку передач. Вдавив педаль газа, Сьюзан направила машину на других Даймонов, которые быстро отскочили с её пути.
– Вот чёрт, промазала.
– Где ты так водить научилась? – спросил Карвалетти.
– Я была репортёром, Отто. Ты не замечал, что когда дело заходит об общественном мнении, журналистов ставят в один ряд с адвокатами и политиками? В мире слишком много людей, желающих причинить нам вред. Как только я получила свою первую работу после колледжа, Джимми заставил меня пойти на курсы самозащиты и уроки экстремального вождения. Поверь, я могу делать любые повороты высшего пилотажа, – она посмотрела в зеркало заднего вида и заметила, что Рейвин пытается оставаться в сознании. – Что же там произошло? Он в порядке?
Отто вытащил из плеча Охотника дротик и понюхал наконечник.
– Похоже, они накачали его транквилизатором.
– А это возможно?
Их взгляды пересеклись в зеркале.
– Следует ответить нет. Как правило, Тёмные Охотники невосприимчивы к любого рода наркотикам, но, поскольку Рейвин частично животное, оказывается, он - исключение. Чтобы это ни было, оно подействовало.
Сьюзан осмотрелась вокруг, дабы убедиться, что Даймоны больше не преследуют их, и сбавила скорость, чтобы не привлекать внимания полиции. Движение на дороге казалось обычным, впрочем, что теперь является обычным? Все ранее сложившиеся понятия об этом разбились вдребезги, в тот момент, когда Рейвин вошёл в её жизнь.
– Куда мне направляться? – спросила она Отто.
Он вздохнул:
– Хороший вопрос. Хотелось бы знать на него ответ. Уверен, что полиция и Даймоны следят за домом Рейвина, также как и за твоим.
Не говоря уже о том, что её дом был местом преступления. К Адамсам она пойти не могла. Жилище Лео было слишком далеко…
– А где твой дом, Отто?
– В Новом Орлеане.
Такого ответа она уж точно не ожидала.
– Это не очень помогает.
– Знаю.
– А где ты остановился в Сиэтле?
– Я жил у Адамсов.
Ещё меньше пользы. Прекрасно. Сью знала лишь одно безопасное для них место.
Девушка взглянула на мужчин на заднем сиденье. Оруженосец следил за дорожным движением даже внимательнее чем она сама, удерживая руку под курткой.
– У тебя там что-то чешется, Отто?
– Что? – нахмурился он.
– Если продолжишь держать там руку, люди могут подумать, что ты съехал с катушек, или что-то в этом роде.
Он фыркнул.
– Хочу держать её поближе к оружию… на всякий случай.
Это должно было до чёртиков её напугать, но, на самом деле, напряжение немного отпустило. Сьюзан оглянулась, Оборотень, сгорбившись, прижался к противоположному окну. Длинные чёрные волосы закрывали его лицо, оставляя видимыми синяки на шее, там, где ошейник чуть не убил его. Если у кого-либо и был день хуже, так это у Рейвина. А он до сих пор ни разу не пожаловался. Это впечатляло. Из всех людей, встречавшихся ей на пути, в нём было больше силы и смелости, чем у кого-либо. Это заставляло задуматься - как же семья могла отвернуться от него?
Наверное, потому что у Сьюзан тоже не было родни, она прекрасно понимала, насколько это ценно. Единственная вещь, в которой была уверена девушка – если бы в её жизни существовал человек похожий на Рейва, она бы боролась до конца, чтобы удержать его, и будь что будет.
– Как дела у Кота в сапогах? – спросила она Отто.
– Он в отключке.
Сьюзан устало вздохнула. Этот день начинал её по-настоящему доставать, хотелось найти свободную минутку, чтобы присесть и передохнуть. Возможность перевести дыхание до того, как что-нибудь ещё обрушится на неё. После обеда жизнь полетела ко всем чертям.
Неужели это то, чего ей следует ожидать, работая Оруженосцем? Если так, то пусть Лео катится ко всем чертям. Будучи репортёром, Сьюзан обожала адреналин, возникающий при погоне, но здесь – другое дело. Легче каждый день иметь дело с обычным убийцей, чем с тем, кто нападал без предупреждения и исчезал в лёгкой дымке.
Если это нормально, тогда вполне понятно, почему Лео в большинстве случаев был таким отъявленным циником на работе.
– Значит, вы ребята именно так и живёте? Одна катастрофа за другой?
Отто издал смешок.
– Нет. Не совсем. Обычно всё достаточно тихо. Сейчас в Сиэтле происходит что-то необычное, из-за чего и поднялась вся эта суматоха.
Немножко полегчало… хотя не очень. Она всё ещё чувствовала себя паршиво.
– Есть мысли, кто стоит за всем этим?
– Аполлиты,- иронично ответил он. – Большие ребята, плюс несколько Даймонов, ввязавшиеся в это ради забавы.
– Ха-ха, Отто. Я серьезно, – девушка ещё крепче сжала руль, вспомнив выражение лица Джимми в приюте. – Сегодня, пару часами раньше, мой друг сказал, что полиция работает в сговоре с вампирами. Я думала, он сошёл с ума, но теперь не уверена.
– Но ведь в этом нет никакого смысла. Я ещё могу понять поколение, вскормленное голливдскими фильмами, они на это ведутся, но копы? У них мозгов побольше.
– Разве что, их присылает тот, кто стоит выше этой пищевой цепочки. Только подумай. Я ведь видела список. У вас свои люди даже в правительстве. Может у них тоже?
– По одной простой причине – немногие из них могут выходить при свете дня.
– Да, но есть много копов, работающих в ночную смену. Откуда вам знать, что это не Аполлиты, прикрывающие убийства своих собратьев?
– Ну, это не новость. Многие из них так и делают. Только здесь всё более организовано. Тут нападают не только Аполлиты и Даймоны. С ними работают люди.
– Что доказывает то, о чём предупреждал Джимми. Он говорил, что эта цепочка ведёт в высшие чины. За ними должен стоять человек.
Отто погладил рукой подбородок, размышляя.
– Что именно знал Джимми?
Сьюзан глубоко вздохнула, пытаясь вспомнить каждую деталь.
– Всё началось несколько лет назад. Ему попадались единичные случаи исчезновения студентов или беглецов. Время от времени они даже находили тела. Эти дела должны были быть раскрыты, но отчётов не наблюдалось. Сначала, он ничего не заметил. Но, несколько месяцев назад, случаи участились, и тогда Джим что-то заподозрил.
– А ты когда-нибудь их расследовала?
Боль пронзила девушку.
– Нет. Мне нельзя показываться в Городском Совете. Меня высмеют ещё до того, как я начну расследование.
Она увидела сочувствующий взгляд Отто в зеркале, но он ничего не ответил.
– Исчезновения были в одном конкретном районе?
– Равенна. Район вокруг клуба «Удачная Охота».
– А вот здесь уже просматривается логика, не правда ли?
Она кивнула.
– Думаю, Джимми был прав. Кто-то очень высокого ранга вмешивается и помогает Даймонам. Может быть, даже кто-то вроде мэра.
Отто издал звук несогласия.
– Он слишком высоко стоит. Да и не смог бы поднять на ноги стольких офицеров полиции и остаться незамеченным.
– Да уж. Не говоря уже о том, что всё началось задолго до того, как он занял пост. – Сьюзан прикусила губу, размышляя над тем, кто бы ещё мог быть подозреваемым.
– Как насчёт комиссара полиции?
– Это более вероятно. Или, может детектив?
– Нет, Джимми сказал, что цепочка идёт выше.
Отто кивнул.
– Он единственный об этом знал.
Сердце сжалось в тисках от одной только мысли, что теперь Джимми не мог ничего рассказать.
Чёрт, если бы у неё была хоть какая-то ниточка…
– Для всего этого должна быть причина. Ты уверен, что раньше таких попыток не было?
– На сто процентов. И, если честно, я представить не могу, что могло побудить копа оказать вампиру помощь, в его желании привлечь людей вышестоящего ранга.
– Но, ведь так и происходит.
Отто кивнул.
– Впрочем, что бы ни происходило, думаю, Каэля нужно заменить, так как он явно отвлекается и не обращает внимания на то, чем занимаются люди и Даймоны.
Она могла это понять.
– А разве для Тёмного Охотника нормально встречаться с Аполлитом?
– Нет, будь оно не ладно. Никогда не слышал, чтобы Охотник подцепил Аполлита. Единственный раз, когда что-то подобное случилось, было с Вульфом, но технически он не был Тёмным Охотником. А просто человеком, которого впутал во всё это скандинавский бог. Предполагается, что Тёмные Охотники вообще не должны ни с кем встречаться. А брак строго запрещен.
Это было отвратительно. Девушке трудно было даже представить подобное.
– Значит, они живут вечность, но им запрещено иметь хоть какие-нибудь близкие отношения?
– Таков уговор.
– Паршиво.
– Да, уж, – согласился Отто. – Именно. Но, как бы сказал Эш: когда играешь с огнём - обязательно обожжёшься.
– Эш?
– Ашерон – главарь Тёмных Охотников.
Она вспомнила, что читала о нём ранее. Хотя информации было немного, только что сам он был достаточно эксцентричен и трудно ладил с Оруженосцами.
– Сколько ему лет?
– Больше одиннадцати тысяч.
У Сью отвисла челюсть, она живо представила себе скукоженного старичка, похожего на Мерлина из фильма о короле Артуре.
– Это ж, сколько времени он слоняется!?
– Ага, – ответил Отто с легким смешком, – и то, правда.
Оба умолкли, Сьюзан прокручивала всю информацию в голове, хотя, если честно, к этому моменту она чувствовала переизбыток информации.
Девушка притормозила, они приближались к Серенгети.
Поняв, куда она направляется, Отто чертыхнулся.
– Его нельзя снова сюда везти, Сьюзан.
Она припарковалась у обочины, возле заднего входа.
– Есть идеи получше?
Сью ожидала возражений. Вместо этого он поднял руку, жестом попросив подождать, вытащил телефон и нажал кнопку.
– Эй, где ты? – слушая, он посмотрел на неё. – Мы за клубом с Рейвином. Он некоторое время пробудет в отключке. Не хочешь выйти и помочь мне занести его внутрь?
Потом отодвинул трубку от уха, Сьюзан услышала шум на другом конце, и обратно прижал к себе телефон.
– Знаю, но куда нам ещё его отвезти? – он помедлил. – Да, увидимся через секунду.
Сьюзан перегнулась через сиденье.
– Это был Кил?
– Да, и к сведению, он тоже думает, что ты ненормальная.
– Вот ужас. Но, наверное, всё по-честному, ведь я тоже считаю его психом.
Глаза Отто вспыхнули.
– Если не вникать, он и есть псих. Благодаря этому и крут в бою. Пошли, давай покончим с этим.
Перед тем, как выйти из машины Сьюзан оглядела тёмную улицу. Двери чёрного входа открылись, и Кил присоединился к ним. Девушка придержала дверцу машины, чтобы мужчины смогли достать Рейвина. Этим двоим пришлось приложить немало усилий из-за веса Охотника, и делали они это отнюдь не аккуратно. Пытаясь вытянуть Рейва, они ударили его головой о крышу машины.
Сьюзан сморщилась от сочувствия.
– Теперь останется вмятина, появление которой я не собираюсь объяснять.
Отто сурово посмотрел, ворча. Лео припарковал машину Рейвина рядом и пошёл придержать двери чёрного входа.
Покачиваясь, Кил и Отто двинулись вперёд, держа Оборотня между собой.
– Что с ним случилось?
– Без понятия, – ответила девушка, закрыв машину. – Даймоны всадили ему дротик с чем-то вроде транквилизатора.
Отто одарил Лео бесстрастным взглядом.
– Ну, мы каждый день узнаём что-нибудь новенькое.
Сьюзан отступила, когда все подошли к двери, чтобы дать им побольше пространства.
Не успела компания войти, как дорогу им преградил отец Рейвина.
– Что это, чёрт возьми, такое? – прорычал он сердито.
Ответил ему Отто.
– Его ранили.
– Тогда оставьте на улице вместе с остальным мусором.
Отто устало вздохнул и скривился от тяжести неподвижного тела.
– Мы не может так поступить, и ты об этом знаешь, Гарет.
Из ниоткуда появились ещё двое Оборотней и встали рядом с Гаретом.
– Вход в Серенгети ему запрещён. Навсегда.
Эти слова, словно ножом полоснули девушку по сердцу. Будь они прокляты за своё бессердечие. У неё забрали семью, и если хотя бы на минуту она сумела их вернуть, то не колебалась бы ни секунды. Как мог отец отвернуться от собственного ребёнка, особенно когда тот оказался ранен?
Сердце жгло при мысли о собственном родителе. Поэтому она сосредоточила всю свою сдерживаемую ярость на папаше Рейвина.
– Минуточку, – сказала Сьюзан – Это ведь санктуарий, верно?
Гарет прошёлся по ней злостным взглядом.
– К чему ты ведёшь, человек?
Девушка скрестила руки на груди и вернула ему столь же суровый взгляд.
– Тогда вам не разрешено выбирать, кто здесь останется, а кто нет. В своих инструкциях я прочла, что такому месту очень трудно стать… лимони.
– Лимани – поддержал её Отто.
– Ага, точно. И когда вам дали этот статус, вы обязаны приветствовать любого, кто нуждается в помощи. ЛЮБОГО. Человека, Аполлита, Даймона или Охотника.
Когда Сью подарила Гарету ухмылку, говорящую «ну что, съел», то увидела уважение на лице Отто.
– Она права.
От злобы у старшего Оборотня начала подергиваться челюсть.
– Он нарушил наши законы.
– В книге не говорилось ничего об исключениях. Согласно правилам, вы обязаны впустить его, разве что некто по имени Савитар запретит ему допуск. Разве этот Савитар запретил?
Гарет окинул её угрожающим взглядом.
– Ты кто? Чёртов адвокат?
– Хуже. Репортёр.
Мужчина издал дикий и животный звук.
– Феникс!
Моментально появился брат Рейвина. Сьюзан нахмурилась при виде странной и таинственной бордовой татуировки, на мгновения появившейся на правой стороне лица молодого Оборотня.
– Да, отец?
– Проведи этих людей в комнату наверху.
Отто недовольно скривил губы.
– Ему нельзя находиться под солнечными лучами, и ты это знаешь.
Если можно было убить взглядом, то всё превратились бы в пыль.
– Прекрасно! Тогда бросьте его в подвал. В комнату ожидания.
Ну, разве не по-домашнему уютно звучит?
– Если так себя ведут все отцы, то, в конце концов, мне повезло жить без своего.
На это никто не ответил. Феникс подчинился отцу и провёл их к лестнице с правой стороны, за которой скрывалась дверь. Пока они спускались в подвал, девушка всё ещё ожидала, что животные накинутся на них.
Комната была совсем маленькой. В ней с трудом на полу помещался стандартный матрас. Стены были покрашены в приглушённый серый цвет, ко всему этому, в коморке сильно отдавало сыростью. Сильно… словно от заплесневелого куска хлеба.
– Что они здесь держат? – спросила Сьюзан, как только мужчины уложили Рейвина на матрас.
– Проблемных клиентов, – ответил Отто, разминая руку. – Если кто-то или что-то переходит черту, они должны удерживать их до тех пор, пока не созовут Совет, и не получат распоряжение на их уничтожение.
Звучало совсем неприятно.
– Приказа от кого? От Совета Оруженосцев?
Кил тряхнул головой.
– Нет - Омегриона. Это правящий орган Оборотней-Охотников.
– Кстати, - сказал Отто, глядя на Феникса – Большое спасибо, что помог нам его сюда дотащить.
– Пошёл к чёрту, человек, – и исчез в лёгкой дымке.
Сьюзан изобразила радость, хлопнув в ладоши, словно воспитательница в детском саду перед группой.
– Ух ты, мальчики и девочки, они такие приветливые, не правда ли? Марта Стюарт(1) могла бы гордиться ими.
Отто расхохотался, Кил укоризненно покачал головой. Даже Лео фыркнул.
– Оборотни-Охотники могут быть пушистыми, – ответил Кил, – но редко приветливыми.
Очень, очень жаль.
Девушка посмотрела на Рейвина, неудобно свернувшегося на матрасе.
– Вы не могли бы, по крайней мере, достать подушку и одеяло?
Отто кивнул:
– Скоро вернёмся.
Мужчины прошли мимо, оставив девушку одну с её подопечным. Хотя, каким образом она вновь стала ответственна за Охотника, было трудно сказать. Впрочем, это уже входило в привычку.
Сьюзан присела рядом с Рейвином. Пытаясь как можно удобнее расположить его на самодельной кровати, она поняла, что он не совсем в отключке.
– Рейвин?
Тот не ответил, лишь едва уловимо моргнул. Он был беспомощен, словно котёнок и это пугало. Если бы его поразили, когда рядом никого не было, Оборотень был бы абсолютно беззащитен перед врагами.
Здоровенная же у него Ахиллесова пята. И теперь враги об этом знали…
От этой мысли внутри у неё всё сжалось, девушка откинула волосы с красивого лица. Хоть его глаза и были лишь наполовину открыты, они всё равно захватывали дух, лишая покоя, и какая-то незнакомая частичка в ней растаяла. Сью никогда не была из тех женщин, которые теряли голову от смазливой мордашки. Но её явно тянуло к этому мужчине.
Трудно было поверить, что всего сутки назад они даже не были знакомы.
Вернулся Отто, с одеялом и подушкой.
– Как он?
– Понятия не имею.
Он вздохнул.
– Я пытался привести кого-нибудь из здешних докторов, но, вот какая неожиданность - все отказались.
Услышав это, Сьюзан стиснула зубы, в тоже время аккуратно подложила подушку Рейвину под голову.
– Почему они так его ненавидят?
– Я всех их убил.
Сью нахмурилась от еле слышных слов Охотника.
– Что?
– Я убил свою семью, – повторил он слабым и нечётким голосом. – Изабу соврала. Она рассказала им, и они пришли за нами…
– Кто такая Изабу?
Но ответа не последовало, глаза Рейвина закрылись, и он обмяк. Снова.
Отто пожал плечами.
– Даже не представляю, о чём он говорит. Тем более, не знаю, почему они его ненавидят. Уверен, это связано с тем, что он Тёмный Охотник, всё остальное лишь мои догадки.
Волнуясь за Рейвина, Сью накрыла мужчину одеялом.
– Хочешь, я принесу тебе что-нибудь перекусить, пока ты за ним присматриваешь? – спросил Отто. – Если, конечно, собираешься остаться здесь.
А куда ей ещё идти? Кроме того, она столько раз болела, уже будучи взрослой, и знала, как это одиноко. Нет ничего хуже, чем ухаживать за самим собой, когда тебе и так паршиво.
– Да, я останусь с ним. И насчёт еды, я ем почти всё, что не укусит меня в ответ.
Отто кивнул и вышел.
Не успели они статься вдвоём, как Рейвин перевернулся на бок, пытаясь сесть. Сьюзан поймала его и потянула назад на матрац.
– Тебе нельзя вставать.
Он отпрянул.
– Не кричи на меня.
О, Господи, он был на кетамине. Что ещё они могли использовать против оборотня? Ей следовало это знать. У неё была соседка в колледже, которая обожала эксперименты с разного рода наркотиками, а кетамин – транквилизатор для животных, был любимейшим. Если Сьюзан всё правильно запомнила, то этот препарат вызывал чувствительность к свету, звуку и прикосновениям.
Желая проверить свою теорию, она протянула руку, чтобы погладить волосы мужчины. Словно кот, он изогнул спину и - на самом деле! – заурчал. Это так сильно шло в разрез с его характером, что заставляло задуматься: какая реакция была бы без влияния наркотика?
Он поднял руку и погладил её щеку.
– Ты такая нежная, – выдохнул мужчина. Потом скривился, словно что-то причиняло ему боль. – Мне не хорошо.
Сьюзан впопыхах оглянулась вокруг и обнаружила небольшое мусорное ведро возле двери. Отпустив Рейва, она схватила урну и едва успела подставить ближе, как его вырвало.
Девушку всю передернуло. Доза была явно слишком большая. Её подругу часто тошнило от наркотика, но чтобы по-настоящему вырвало, такого Сьюзан не помнила, та просто вела себя очень глупо и чересчур любвеобильно.
Когда его наконец перестало рвать, со стоном и тяжело дыша, он откинулся на матрац.
Размышляя, что же делать с мусорным ведром, Сью устало вздохнула.
– Чудный конец такого же чудного денька.

***

Страйкер стоял в переулке за Серенгети, рядом было ещё трое его людей и Сатара. Он смотрел на Тратуса, который в тысячный раз позволил Рейвину ускользнуть.
Второй по важности человек в команде робко смотрел на него, давая тем самым понять, что прекрасно знал, насколько предводитель был им недоволен.
– По крайней мере, мы знаем, что транквилизатор работает именно так, как и обещал Тео.
Ну, хоть небольшое утешение.
Страйкер многозначительно облизал клыки.
– И где же сейчас этот славный доктор?
Побледнев, Тратус отступил.
– Начни действовать, – раздражённо сказала Сатара, бросив взгляд на клуб. – Войди туда и прикончи его, наконец.
– Начни думать, сестрёнка. Вторжение в санктуарий подобно открытию ящика Пандоры, с этим даже ты не справишься.
– То есть?
Грозно подходя к девушке, Страйкер оттеснил её к стенке.
– Я понимаю, как прислужница Артемиды, ты возомнила, будто неприкосновенна. Счастливица. Но остальным из нас не так повезло. Войдёшь туда за Рейвином и накличешь гнев Савитара на всех нас. Не говоря уже о том, что откроется сезон охоты на Спати. Мы используем такие места для убежищ, точно также как и Оборотни-Охотники.
Сатара оттолкнула брата, её ноздри раздулись.
– Тогда, что думаешь делать? Отказаться от мысли захватить Сиэтл?
– Нет, – прорычал он – Мы зашли слишком далеко и пока что людишки проявили себя достойно. Мы подождём, когда они выйдут, и тогда всех убьём.
Девушка издала вздох отвращения.
– Знаешь, в чём твоя проблема, Страйкер? Ты мыслишь, словно старик, которому одиннадцать тысяч лет.
– И что это значит?
– Твои способы слишком застарелые. Дай мне собственную команду.
Ага, конечно. Будто он ей доверится. Она сперва делает, а потом думает.
– Ты сдурела?
– Нет. Но, в отличие от тебя, я мыслю нестандартно, – она указала на строения вокруг них. – Тебе нужен Сиэтл? Я смогу его дать.
Страйкер помедлил, раздумывая над её предложением. Столетиями Сатара держалась особняком и приходила лишь, когда Артемида в ней не нуждалась. Только в последние два года она стала более частым гостем в Калосисе. И с каждым таким визитом она становилась всё более возбуждённой. На Олимпе что-то произошло, что разозлило девушку, но она никогда об этом не говорила.
Но, может, она права. Он стар и уже устал. Его способы проверенны годами. Может у неё были идеи, которые ни Тёмные Охотники, ни, в особенности, Ашерон не смогут предугадать.
– Ладно, – он оглянулся на своего заместителя. – Тратус, иди с ней. Если она сделает что-то, нарушающее установленный договор, убей её.
Сатара ехидно скривилась.
– Я тоже тебя люблю, братишка, – она вытянула кинжал из сапога. – Да не волнуйся… теперь всё пойдёт как по маслу.
______________________________________________
1. Марта Стюард – американская бизнесвумен, телеведущая и писательница, получившая известность и состояние благодаря советам по домоводству.

 

 


Категория: Главы | Добавил: Nafretiri (16.09.2011)
Просмотров: 839 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
avatar