Главная » Переводы » Пощады не будет, Ш. Кеньон » Главы

Глава 12, Пощады не будет - Ш. Кеньон
Глава 12

На крик Дева в комнату вбежали Этон и Чи, ещё два Охотника держались на шаг позади. Медведь всё ещё пытался прекратить кровотечение, и был в отчаяние – рана не затягивалась. В отличие от Тёмных Охотников, он не был бессмертен, и если не остановить кровь, вполне мог умереть.
Первый к нему подошёл Эль-Скорпио, прозванный в честь чёрных кинжалов, украшенных гравировкой в виде скорпионов на лезвиях и рукоятках, которые он использовал со Средневековья, когда стал Тёмным Охотником.
Никто не знал его настоящего имени, предпочитая обращаться к нему - Скорпио.
Единственное, что воин говорил о своём прошлом, что его обратили в средневековой Испании, даже не уточняя в каком веке. И то, если удавалось разговорить его, что случалось также часто, как и выпуск нового продукта от компании «Мас» (1).
Скорпио встал на колени, чтобы осмотреть рану Дева.
Поняв, что прямой угрозы нет, второй Охотник – Калидас, вернул свой кол в чёрные кожаные ножны на руке. Со своими шестью футами и пятью дюймами, Кали выглядел намного выше среднестатистического индийского мужчины, ходили слухи, что во времена Классического Периода Индии(2) он был древним принцем. Сам Охотник этот слух не опровергал, но и не подтверждал. Но способ, которым сражались эти двое, доказывал, что убить их не так-то просто.
Этон повернулся, разглядывая комнату и разыскивая Сэм.
- Что случилось?
Тон Кали был таким же безэмоциональным, как и его лицо.
- Очевидно, кто-то был голоден и укусил Медведя.
Этон отмахнулся от него.
Дев проигнорировал их враждебность дуг к другу и произнёс:
- Демон схватил Сэм и исчез вместе с ней. В одно мгновение они были здесь, а в следующее – уже исчезли.
Чи присоединилась к Скорпио, присев рядом с Девом. Она поморщилась, увидев укус.
- О, это отвратительно.
Скорпио ничего не прокомментировал. Накрыв рану своей рукой, он посмотрел в глаза Дева.
- Глубоко вдохни, Медведь.
Оборотень выдохнул грязное ругательство - прикосновение Охотника беспощадно опалило его кожу. Создалось ощущение, что через тело прошёл разряд, но это было невозможно, так как Дев все ещё находился в человеческой форме, а не бесконтрольно менял облик из зверя в человека. Но электричество - единственное, с чем Медведь мог это сравнить.
Хорошие новости заключались в том, что это остановило кровотечение и затянуло рану лучше, чем если бы Скорпио прижёг её.
Дев материализовал влажное полотенце, чтобы вытереть кровь.
- Спасибо.
Скорпио кивнул ему.
Этон был занят, рассматривая остатки еды и следы борьбы, пытаясь воссоздать схватку в своей голове.
- Что это был за демон?
Взглянув на полотенце и увидев, сколько крови он потерял, Дев нахмурился.
- Шаронте. Но я думаю, это был тот, кто раньше прикидывался Ником.
Этот факт привлёк внимание Кали:
- Перевёртыш?
- Да, но не Вер-Охотник. Может быть какой-то демон. Полубог? Понятия не имею. Но драться этот гадёныш умеет, утащил Сэм с такой легкостью, что бесит меня.
Этон зарычал.
- Я сообщу Ашерону.
Скорпион протянул Деву руку и помог подняться на ноги, пробормотав что-то по-испански, сильно смахивающее на мерзкое ругательство. Медведь изменил свою одежду на ту, что не была залита кровью. Тем временем Чи впала в какой-то транс.
Оборотень было начал спрашивать что происходит, но все остальные вели себя так, как будто это норма для неё. Дев не знал Охотницу достаточно хорошо, чтобы судить так ли это, и делал то же что и остальные - просто игнорировал.
Кали вытащил свой телефон и после нескольких секунд, чертыхнулся.
- Я не могу её отследить.
Челюсть Этона дёрнулась в нервном тике.
- Тот, кто похитил её, блокирует наши способности. Чёрт, ни у кого из нас нет силы, чтобы найти их.
Дев ответил ему вызывающим взглядом.
Этот Спартанец знает хоть что-то о Вер-Охотниках?
- Я могу.
Скептицизм на лице Этона был раздражающим.
- Как?
Я - наполовину животное.
Вернуть Сэм было более важным делом, чем спорить с Этаном, поэтому Дев произнёс это мысленно. Хотя если оставаться честным, скорей всего, в окружении Охотника было мало оборотней, чтобы узнать на что они способны.
- Я могу отследить, как ищейка.
Но, попробовав, Медведь понял, что его силы, в итоге, не помогли.
Как такое возможно? Вер-Охотники могут учуять след через пять измерений и быть такого не могло, что она оказалась сразу в шестом...
Но он не ощущал её запаха вообще, создавалось впечатление, что Самии и вовсе не существовало.
- Ну?- спросил Этон, отсутствующим тоном. - Что супернюх сказал тебе, Gus?
Дев одарил Тёмного Охотника злобным взглядом.
- Попридержи своё психологическое заключение, засранец. Вспомни, я один из немногих, кто может разорвать тебя на куски.
Этон усмехнулся:
- Разве я выгляжу напуганным, коврик?
- Вы двое, прекратите! - прикрикнула на них Чи, выйдя из своей странной комы.
- У нас здесь есть проблема поважнее. Сэм похитил не Даймон или Шаронте. Это был - Эмпаса.
- Сейчас это совсем некстати, - покачал головой Кали.
Этон и Дев одновременно чертыхнулись.
Эмпаса были редким видом перевертышей. Греческий демон, способный на любые зверства, самое известное из которых - обескровливание своих жертв, а после – их полное подчинение. Они были теми существами, от которых и пошли все известные мифы о вампирах.
Часто их путали с Даймонами, но лишь те, кто не знал разницы. Главные отличия заключались в том, что Эмпаса могли ходить при дневном свете и не умирали по достижению двадцати семи лет. Но самым важным являлось то, что кровь Тёмных Охотников не была для них ядовита. И если один из демонов заполучил Сэм... Это могло закончиться ужасно.
Эмпаса были гораздо сильней Тёмных Охотников или Даймонов. Неудивительно, что Дев не сумел отследить его. Они могли запросто быть уже в шестом измерении.
Дерьмо.
Чи повернулась к медведю:
- Позвоните Фангу и узнайте, может ли он использовать силы Адской Гончей для слежки за нашим демоном.
Она повернулась к Этону, Скорпио и Кали.
- Вы парни, идите вниз, обнажите свои ножи и выглядите устрашающе.
Этон нахмурился.
- Для этого есть какая-то веская причина?
- Это будет держать вас подальше от оружия в моих волосах и не трепать мне нервы, пока мы не сможем выйти на её след. Теперь идите. Мы должны найти Сэм прежде, чем эта тварь причинит ей вред.

Самии хотелось драться с существом, которое держало её и несло в тёмный переулок в Художественном Районе. Но она не могла. В тот момент, когда он взял её в свои руки и захватил пристальным взглядом, что-то в ней щёлкнуло и сломалось. Девушка совершенно оцепенела. Каждый мускул в её теле был мягким и бесполезным. Она сражалась только за то, чтобы сделать очередной вдох. В своём сознании Охотница видела людей, которых убил демон, слышала крики и мольбы, в то время как тот смеялся над их болью.
Он был безумен. Не заботился, кому причинял вред или почему. Всё, чего желало существо - это чувствовать власть над своими жертвами, заставляя их страдать. Демон смеялся.
- Всё верно, сука, ты принадлежишь мне, и я собираюсь пытать тебя столькими способами, что ты будешь переживать величайшее страдание бесконечное число раз.
Амазонка в ней кричала, желая бороться, но тело абсолютно отказывалось сотрудничать. Самия находилась в его власти, и он ненавидел её с непостижимой глубиной.
Что же она сделала, чтобы заставить такую неприязнь? Сэм пыталась разобраться в его воспоминаниях, чтобы найти ответ, который был похоронен глубоко внутри. Настолько глубоко, что попытка добраться до него доставляла сильную головную боль.
- Лазарус!
Демон повернулся вправо, на голос зовущего.
Глубоко в тени находилось нечто, напоминающее очертание человека.
- Отпусти её.
Не крик, а тихое настойчивое требование, которое несло в себе одну мысль - если Лазарус не повинуется, то пожалеет об этом.
Демон лишь посмеялся над этим, видимо, тень волновала его не больше, чем камешек в ботинке.
- Ты не смеешь отдавать мне приказы, imisysmorfi?
Сэм резко выдохнула, услышав это оскорбление, означавшее, что человек был уродлив или слабоумен, хотя, прямой его перевод был не так оскорбителен, как контекст. В её время мужчины убили бы друг друга из-за этого. Для здоровья демона она надеялась, что его противник не был древним греком, иначе не удалось бы избежать кровопролития.
Тень исчезла, затем вновь появилась прямо позади них.
- Бууу!
Демон бросил свою ношу вниз и повернулся, чтобы драться. ОЙ! Большое ОЙ! Сильный удар о землю выбил из Сэм дух. Она определенно прочувствует всё это завтра. Если не умрёт этой ночью.
И это была ещё одна причина, по которой ей хотелось убить мелкого ублюдка. Если бы только она могла пошевелиться. Тем временем тень и демон набросились друг на друга, да так, что им позавидовали бы ядовитые фурии. Ну, по крайней мере, они не наступали на неё.
Пока что.
Сэм всё ещё находилась под его контролем, и серьёзно, уже устала от этого. Она хотела бороться, а не лежать на земле, как мешок с песком.
Собрав все силы, девушка попыталась осторожно отодвинуться от дерущихся, когда те атаковали друг друга, словно Титаны Зевса.
Это было впечатляюще, и вызывало желание снять всё происходящее на камеру. Тень скользнула и увернулась, затем ударила демона с такой силой, что тот подскочил почти на десять футов от земли.
Не обращай на них внимания. Если бы Сэм только смогла отползти в переулок, тогда, возможно, ей бы удалось освободиться, пока демон отвлёкся.
Ну же, тело, не подведи меня сейчас. Ты просто не можешь со мной так поступить.
Но было легче сказать, чем сделать. Что сотворил демон, если она стала настолько беспомощна? Хуже было только то, что чувство бессилия уменьшало способности Тёмного Охотника, а воспоминания о её смерти становились сильнее.
Оставайся спокойной, Сэм. Сосредоточься.
Если бы она только могла…
Другая тень споткнулась через неё и упала.
Сэм съежилась, поскольку кто-то перевернул её на спину. Девушка посмотрела вверх и увидела лицо прекрасного белокурого ангела. Худощавая, как рельса, и всё же мускулистая, эта женщина должна была быть Амазонкой. На Сэм смотрели сверхъестественные глаза — тёмно-коричневые с лентами ярко-жёлтого, вплетёнными в радужную оболочку.
Ещё один демон?
Женщина повернула голову Охотницы так, чтобы их взгляды встретились. Что-то в Самии разбилось, как оконное стекло. Один момент она была абсолютно парализована, а в следующий - свободна от чар демона.
Кровь помчалась по венам, и Сэм вскочила на ноги, приготовившись напасть на Лазаруса, но женщина схватила её за талию и остановила.
- Каэль позаботится о нём.
Ага, конечно. Как будто она собиралась оставить всё как есть, после того, что эта тварь с ней сделала.
- Чёрта с два! Это личное.
- Больше чем ты думаешь. Сэм, отступи.
Как она узнала её имя? Девушка всё ещё была в шоке, когда прошлое Амаранды стало проходить сквозь неё. Она видела маленькую девочку, живущую в Сиэтле, взрослеющую в семье предпринимателей, играющую с сестрой. Но то, что повалило Сэма наземь, не касалось её семейных воспоминаний.
Эта женщина являлась Даймоном.
И даже чем-то большим...
Что-то…
Сэм попыталась копнуть глубже в прошлое, но Амаранда отпустила её прежде, чем Охотница получила больше деталей о её прошлом. Лазарус повернулся к ним и увидел, что пленница уже на ногах. Тогда он побежал к ней, но Каэль схватил его сзади и повалил на землю.
Лазарус попытался укусить противника, но тот быстро увернулся.
- Я не нуждаюсь в образце твоего ДНК. Но спасибо, что предложил, - мужчина с силой ударил Лазаруса кулаком в бок.
Взвыв, демон зашипел на Каэля, а затем исчез в дурно пахнущем облаке серы.
- Фу-у-у! Что ты ел?! - прорычал Каэль. Он размахивал руками, разгоняя дымку, потом отскочил назад, пытаясь его обойти.
- Трус! Тащи свою задницу обратно и дерись как демон, ты хныкающее подобие страшного монстра. Ну же, кто тебя тренировал? Каспер?
Женщина рядом с Сэм засмеялась.
- Оставь насмешки над слабыми, возлюбленный. Это бессмысленно.
Каэль одарил её усмешкой:
- Ладно, но разве я не впечатлил тебя своим мастерством?
- Ты всегда впечатляешь меня своим мастерством, детка. Нет никого лучше, - слова были произнесены почти, как насмешка.
Каэль подошёл к ним со смертельной грацией хищника. Его волосы разметались беспорядочными тёмных завитками, обрамляя лицо, высеченное словно из камня. Он был потрясающе красив. Одну руку покрывала запутанная родовая татуировка.
Игнорируя пленницу, он притянул Амаранду в свои объятья для поцелуя, настолько горячего, что Сэм почувствовал себя лишней. Они целовались так, как будто не видели друг друга в течение многих лет, или у одного из них была неизлечимая болезнь, которая убьет их меньше чем через минуту.
Казалось, в любую секунду с них слетит одежда.
Отлично...
Сэм отошла от них.
- Эй, вы двое, снимите номер. Я возвращаюсь в...
- Нет, - Каэль прервал поцелуй, чтобы схватить Сэм за руку, удерживая рядом. - Ты не можешь туда вернуться.
Она двинула плечом, избавившись от его захвата, но перед этим увидела мужчину рядом с Ашероном... что означало - Каэль был Тёмным Охотником.
С этими демоническими глазами?
Что-то тут не сходилось. Ничто из этого не имело смысла. Ничто.
И Сэм не собиралась слоняться поблизости, чтобы выяснить это.
- А ты останови меня, засранец!
Вся дерзость исчезла, когда Охотница отошла от них, и что-то сильно ударило её в грудь. Задыхаясь, девушка рухнула на землю.
Словно тысячи молоточков раскалывали голову на мелкие частицы. Никогда в жизни ей не было так плохо. Её даже тошнило от боли.
Что вызвало…
Внезапно, она вспомнила демона, схватившего её, затем странную пару, которая "пришла на помощь". Ярость и паника смешались, когда Самия открыла глаза и выяснила, что находится одна в небольшой комнате, которая напомнила ей о чём-то из Викторианской эпохе. О чём? Всем демонам нравился тот период времени? Бежевые стены расписные тёмно-коричневым узором, и кровать, на которой она лежала, выполненная в готическом стиле из кованного чёрного железа - изголовья напомнили ей створки окон собора.
О, Господи! Меня закинули в каталог Торговой Компании Викторианского стиля! (3) Не то чтобы их вещи были ужасны, просто совсем не в её вкусе. И прямо сейчас, она действительно хотела знать, что здесь происходит.
Казалось, никакой угрозы не было, впрочем, её ведь похитили, а это наводило на мысль, что здесь не так уж надёжно, как кажется.
Девушка двинулась на кровати и поняла, что кто-то переодел её в короткое розовое платье.
Да, это становилось жутким, и хуже всего было то, что Сэм не получала никаких видений от одежды или чего-либо ещё. Впрочем, она и не надеялась увидеть здесь кого-то.
Это было как тогда с Девом, только без приятного тепла его прикосновений.
Она пошла к двери и быстро поняла, что у той нет ручки. Другого способа открыть её не существовало. Сэм медленно обернулась, ища окно или любое другой способ покинуть это место, но ничего не находила. Она оказалась поймана в ловушку. Одна. Не было даже таракана, с которого удалось бы считать мысли.
- Есть кто живой?
Никто не ответил, большой сюрприз. О, как ей все это не нравилось.
Хорошо, девочка. Без паники. Не то, чтобы она была особенно склонной к панике, но… Сэм не привыкла быть запертой в комнатах, которые смахивали на декорации киностудии Хаммер (4).
- Здорово! Меня похитил Борис Карлофф (5).
Низкий зловещий смех зазвенел в её ушах.
- Я не очень похож на Бориса и вообще, ты думаешь не о том актёре. Если уж на то пошло, то это должен быть Питер Кушинг (6). Но, скажу я тебе, мне никогда и в голову подобное не приходило, до того, как они стали знаменитыми. Впрочем, у меня действительно есть кое-что общее с обоими...
- Вы похищаете женщин?
- Как правило - нет, но я действительно склонен наводить на людей ужас. По крайней мере, на тех, у кого есть здравый смысл.
Она вертелась, пытаясь найти источник голоса. Было похоже что он повсюду, но девушка опять не почувствовала от него никаких эмоций. Что же здесь происходит?
Осторожнее со своими желаниями – они ведь могут исполниться. Прямо сейчас Охотница хотела назад свою силу, со всеми побочными явлениями. Только теперь Сэм поняла, какое это было благословение. Девушка всегда знала, где находятся другие люди, а также о чём они думают, и что из себя представляют.
Теперь … nada.(7) Да, верните мне мои способности.
- Кто ты?- попробовала она снова.
Он спросил её тем же тоном, вызывающим дрожь:
- Ведь на самом деле, тебе всё равно как меня зовут, сладкая. Ты хочешь знать, почему ты здесь.
- Нет, не всё равно.
Сэм двигалась по комнате, а голос следовал за ней. Действительно ли он был призраком? Или плодом её воображения?
- Я здесь чтобы охранять тебя.
И почему она в это не верила? О, подождите, наверное, потому что была пленницей, удерживаемая каким-то типом, у которого кишка тонка показать своё лицо.
Сэм подошла к кровати и вытащила верхушку шпиля, украшавшего столбец, на тот случай если ей придётся пробивать себе выход на свободу. И снова ничего, видений не было, только ощущение холодного металла в руке.
- Тогда отпусти меня.
Он рассмеялся.
- Мы на самом деле должны говорить об этом? Если я отпущу, тебя здесь не будет. От этого станет плохо нам обоим. Так что, устраивайся удобней, Тёмная Охотница. Ты пробудешь здесь какое-то время.
Сэм почувствовала, как он исчез, точнее, ощущение его присутствия покинуло девушку.
О, здорово. Она была поймана в ловушку в пушистом замкнутом аду, и в поле зрения не наблюдалось никакого выхода.
По крайней мере, ты не получаешь никаких эмоций и видений от предметов, украшающих эту тюрьму.
Хотя, но на этот раз, это было так необходимо. Нужно знать, с чем она имеет дело.
Закрыв глаза, Самия взывала к своим силам из глубины души и пыталась выяснить: кто и что держит её в заложниках.
Поначалу нечего не происходило. Не было ни следа. Потом, сквозь завесу густого тумана, кружащегося вокруг, она стала видеть изображения.
На задворках разума Сэм различала великолепного человека с тёмно-русыми волосами и идеальным телосложением, экипированным в средневековую броню. Мужчина возглавлял армию, которая появилась, казалось, прямиком из самого ада. На невероятной скорости, с кроваво-красным вымпелом, колеблющимся на ветру, он мчался вниз по холму, прямо в сердце врага, чтобы вступить бой.
Только в его противнике не было ничего человеческого. Это был легион демонов, посланных для уничтожения. Они напали на человека, сдёрнули его из седла дьявольского коня, который встал на дыбы, молотя врага чёрными копытами, заставляя кровь адских существ разлетаться струями, как в фильме Квентина Тарантино. Однако даже раненный и пеший, рыцарь яростно сражался, что делало его Псом Войны и Тёмным Охотником.
Мужчина издал суровый боевой клич, беспощадно пробивая мечом себе путь сквозь демоническое войско. Он был воином вне конкуренции...
Виденье отступило. Почему она увидела этого рыцаря-демона? Был ли он голосом, который услышала Самия?
Если это так, то девушка серьёзно влипла.
Победа над таким воином будет нелёгкой. Если она вообще возможна.
Когда внезапно образ пропал, Сэм попыталась вызвать его снова, чтобы понять, кого или что она видела, но ничего не вышло.
Вместо этого её видение повернулось к другому блондину…
Дев. Она видела его ещё юношей с двумя мужчинами постарше, похожих на него и его близнецов. По одежде Самия определила, что это, скорей всего, конец георгианской эпохи(8).
Трое мужчин и один медвежонок сидели на корточках на полу конюшни. Было очень темно, лошади вокруг них нервничали, пытаясь вырваться на свободу.
Длинные волосы Дева выбились из косы и повисли непослушными завитками вокруг лица подростка. Белая рубашка была испачкана кровью, а на чёрном жилете не доставало двух пуговиц.
- Я могу драться с Аркадианцами.
Более старший медведь покачал головой:
- Ты слишком молод, Деверо. Ты поможешь нам, вернув Эйми к Papa и Maman. Она - наша единственная женщина. Ты знаешь, что ей необходимо выжить. Мы не можем допустить, чтобы с ней что-нибудь случилось.
- Но…
Гилберт схватил его за воротник и сильно встряхнул.
- Не спорь со мной. Мы все зависим от тебя, mon frеre (9). Не подведи нас…
Дев взял на руки протестующего медвежонка. Эйми была слишком мала, чтобы телепортироваться собственными силами, и они не могли использовать свои способности без риска убить её. Крупная чёрная, она была огромна в руках Дева, когда он прижимал её к груди.
Гилберт уткнулся лицом в мех детёныша.
- Останься невредимой, ma petite,- он поцеловал её в ушко.
Бастиан встал, и тогда Сэм поняла, что он был братом-близнецом Зара, отца Йесси и Джоси. Бедный Дев, он стоял и смотрел в лицо брата, которого потеряет….
Бедная Николетт.
- Я отвлеку огонь на себя, - Бастиан мельком взглянул на Эйми и Дева. - Bon chance. Je t’aime (10).
И он исчез, так быстро, что Дев даже не успел сказать - прощай. Мгновение спустя, раздался звук орудийного залпа. Он сжал Эйми сильнее, поскольку страх поедал его изнутри.
Пожалуйста, не умрите…
- Беги! – крикнул Гилберт.
Дев не хотел уходить. Он знал, что Аркадианские люди-медведи убьют обоих братьев, и он больше никогда их не увидит. Юное сердце разрывалось между долгом перед сестрой и братьями.
Как он мог выбирать межу ними?
Сегодня днём они пришли сюда, чтобы собрать ежевики и позволить Эйми погулять вдали от людей, в то время как братья учили бы его управлять своими силами. Предполагалось, что это будет обычный счастливый день. И он закончился, когда Аркадианцы пришли за Гилбертом.
Не потому, что он сделал им что-то плохое. А потому, что он был отмечен мойрами, как пара для Акадианской девушки. Они хотели убить Гилберта до того, как он закончит церемонию соединения, чтобы их сестре не пришлось спать с Катагарианским животным.
И из-за этого Бастиан и Гилберт умрут. И худшее было в том, что Бастиан тоже был Аркадианцем, и эти ублюдки собирались совершить убийство в глазах Омегриона (11).
Но их это не волновало. До тех пор пока они не поймают Гилберта, все остальные были просто сопутствующим ущербом. Животными на убой.
Если бы Дев сказал им, что он Аркадианец, те бы пощадили его, он был одним из них. Но не сестра.
Аркадианцы убили бы Эйми и использовали её шкуру для сапог. Боже, это было так не справедливо.
Дев услышал крик Бастиана — крик, резко оборвавшийся в тишине, столь яростный, он прошёл сквозь парня. Мгновение спустя враги возликовали.
- То ли это животное?
- Нет. Тот все ещё внутри.
Гилберт схватил Дева за плечо.
- Ты должен идти, сейчас же. Защищай Эйми за нас.
Дев кивнул, брат встал и выскользнул из сарая, превращаясь в медведя — самую слабую из его форм, но это отвлечёт врага и даст Деву больше времени, чтобы убежать. Аркадианцы знали, что их было четверо. Как только они убьют Гилберта, то начнут искать его и Эйми.
Я должен идти.
Слёзы катились по его щекам, он уткнулся лицом в мех Эйми. Дев держал её очень крепко, выскользнув через заднюю дверь, в то время как Гилберт сражался с их врагами. Снаружи, было так холодно.
Он услышал множество выстрелов, а затем громкий крик ликования.
Гильберт был мертв…
Аркадианцы сыпали проклятиями, поскольку поняли, что Гильберт оказался человеком, и они только что совершили убийство, которое может стоить им жизней.
- Найдите двух других. Мы должны убить их прежде, чем они скажут то, что мы сделали.
Эйми жалостливо заскулила, и Дев прижал сестру ближе, прикрывая её пасть рукой, чтобы приглушить всхлип.
- У меня есть ты, Эйми. Я никому не позволю причинить тебе вред. Клянусь. Никогда не позволю никому причинять тебе боль.
И с этой клятвой он побежал сквозь деревья, которые окружали ферму, где они нашли временное убежище.
Потребовалась вся ночь, чтобы возвратиться в небольшое здание в Лондоне, которое его семья называла домом. Он был полностью вымотан. Слаб. Раны сильно кровоточили.
Но Эйми уцелела.
В тот момент, когда он открыл дверь, то увидел мать, стоящую в ночной рубашке и халате. Красивая и светловолосая, она источала изящество. Николетт посмотрела мимо его плеча на светлеющее небо:
- Mon Dieu (12), Деверо! Где вы были? Ты хоть знаешь, который сейчас час. Мы пытались выследить вас и… - мать сделала паузу, когда он вошёл и захлопнул дверь. Паника в её глазах прошла и сквозь него.
- Где Гилберт и Бастиан?
Дев задохнулся на словах, которые не хотел произносить. Он использовал свои силы для маскировки запаха, чтобы Аркадианцы не смогли выследить их. Но не подумал о том, что и родители тоже не сумеют их найти.
Его мать прошла мимо него, чтобы выглянуть из-за двери.
- Они остались на конюшнях? Что их задержало?
Дев положил сонную сестру на пол, прежде чем повернулся к матери лицом.
- Они мертвы, Maman.
Выражение боли на её лице, словно нож, полоснуло его по сердцу.
Это был взгляд чистой агонии... взгляд, который Сэм знала очень хорошо.
Вся кровь отхлынула от щек Николетты.
- Что?!
- На нас напали и…
Мать ударила его наотмашь.
- Ты оставил их умирать?!
Дев вытер рот, рукой размазывая кровь, выступившую из разбитой губы и носа.
- Я защищал Эйми.
Николетт закричала так, что разбудила всю остальную семью. Эйми отползла под стол, когда мать схватила Дева за рубашку и толкнула назад, прямо в стену.
- Это ты хотел пойти туда! Ты заманил их!
- Нет, Maman. Я никогда не пошёл на конюшни, если бы знал.
Тем не менее, она кричала на него, обвиняя в том, что он бежал как трус, оставив братьев умирать.
- Николетт! - его отец схватил её и оторвал от Дева.
- Что произошло?
- Мои сыновья мертвы, - она указала на Дева. - Этот ублюдок-полукровка сбежал и оставил их там умирать.
Николетт глумилась над Девом.
- Ты - ничего не стоящий человек! Лучше бы это ты умер!
Дев втянул воздух и задержал дыхание, поскольку отец поднял её и унёс из комнаты. Остальные братья пошли следом, чтобы успокоить мать. Они оставили Дева одного, рассыпаться от эха слов его матери.
«Лучше бы это ты умер!»
Это должен был быть я... Это должен был быть я… Вина и муки разрывали сердце, слёзы текли по щекам. Зачем он вернулся домой? Было бы гораздо легче умереть вместе с ними.
Эйми вышла из-под стола. Она лизнула его руку и, забравшись передними лапами брату на колени, облизала подбородок. Дев обнял её, и боль потихоньку отпускала его.
Но это страдание Дев всё ещё нёс в себе, что разбивало Сэм сердце. Мать так и не простила его за эту ночь. Да, она горевала, но до конца её жизни, он видел темноту в материнских глазах, когда та смотрела на него. Слышал лёд в её голосе, которого не было там прежде.
Вот почему Дев так старался угодить ей и почему никогда не оставлял Убежище.
Эйми была ниточкой, удерживающей его там, и для неё он собирался сделать всё, что потребуется.
Сэм хотела оплакать своего Медведя. Дев был хорошим человеком. Не то, чтобы она сомневалась относительно этого, но теперь знала, что его шрамы были так же тяжелы, как и её. Он обвинял себя в смертях братьев и в том, что разбил сердце матери.
Каждый раз, когда медведь слышал, как Николетт оплакивает своих детей, боль, словно нож, вонзалась в его сердце. Он винил во всем себя.
Вот почему никогда не пытался найти себе пару - Дев не хотел, чтобы его женщина пошла против него или, что ещё хуже, его семьи.
Таким образом, он избегал спать с представителями своего вида, зная, что для Вер-Охотника большая редкость соединиться с человеком. Такие случаи, конечно, встречались, но это не было обычным явлением, и даже если бы и произошло, то смертный никогда бы не смог навредить им. Таким образом, Медведь использовал этот шанс, даже притом, что единственным его желанием была собственная семья…
Сэм сглотнула ком в горле, жаль, что Дева не было рядом, чтобы она могла обнять его. Девушка хотела забрать его боль и сказать одну вещь, которую никто в его семье никогда не говорил. Даже сестра, ради которой он рисковал жизнью. Сестра, которую он бы пронёс сквозь тьму, чтобы убедиться, что она будет в безопасности.
Я так рада, что ты жив.
Она сморгнула слёзы, злясь, что плачет. Слёзы - это слабость. Ими ничего не исправишь.
- Почему я вижу его воспоминания?
Раньше Охотница не могла ощутить их вовсе, когда была рядом с ним. Так, почему они появились здесь и сейчас? Сэм могла поклясться, что чувствует Дева. Чувствует его панику оттого, что её вырвали из его рук и что он не смог нечего с этим сделать. Прямо сейчас Медведь был в смятение. Каждая его частичка отчаянно желала вернуть её.
Для этого он был готов собственноручно разнести весь ад в её поисках.
Нежность переполняла девушку, как никогда прежде. И с этой теплотой появилась ужасная мысль...
Она влюблялась в него.
Невозможно.
Но Охотница не могла отрицать свои эмоции. Это чувство девушка хорошо знала, оно наполняло её каждый день, пока был жив Иол.
Без сомнения это закралось в её сознание. Потому что прямо сейчас, когда жизнь находилась в опасности, она не думала о себе. Её не волновало, что уготовано ей. Что бы там ни было, Охотница пройдёт через это с поднятой головой. Но Сэм тревожило то, что её смерть сделает с Девом.
Она не хотела умирать, потому что появилась причина жить. Она не хотела умирать, потому что это уничтожит её Медведя…
- И именно поэтому ты здесь.
Она напрягалась, когда бестелесный голос возник у нее в голове.
- Что?
- Ты должна отпустить Дева.
- Почему?
- Иначе, ты принесёшь ему смерть.
________________________________
1) «Мак» - товары фирмы Apple - Mac
2) Классический Период Индии - II в. до н. э. — VI век н.э.
3) Торговой Компании Викторианского стиля (Victorian Trading Company), на рынке с 1987 года.
4) Hammer Film Productions Limited — Британская киностудия. Наиболее известна своим производством различных фильмов ужасов, самые известные и популярные из которых объединены в Классическую серию фильмов ужасов студии Hammer. Она оживила таких персонажей как: Дракула, Франкенштейн, Мумия, Оборотень, Джекил и Хайд.
5) Уильям Генри Пратт - более известный под псевдонимом Борис Карлофф (англ. Boris Karloff) — британский актёркино и театра.
Актёр прославился как звезда фильмов ужасов в 1931году после выхода фильма «Франкенштейн», в котором он сыграл роль Чудовища.
6) Питер Уилтон Кашинг— английский актёр. Известен своими многочисленными ролями в классических фильмах ужасов.
7) nada. (исп.) - Ничего, пусто.
8) георгиаская эпоха - Период британской истории, известный как георгианская эпоха, продолжался с 1714 по 1830 г. Своим названием он обязан четырем монархам, правившим в это время: Георгу I, Георгу II, Георгу III и Георгу IV
9) mon frеre – мой брат
10) Bon chance. Je t’aime (фр., прим. переводчика) - Удачи. Я люблю Вас .
11) Омегрион – высший суд Вер-Охотников
12) Mon Dieu - Господи

Категория: Главы | Добавил: Nafretiri (18.09.2011)
Просмотров: 594 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
avatar