Главная » Переводы » Мелкий шрифт, Б. Элсборг » Главы

Глава 7, Мелкий шрифт - Б. Элсборг
Глава 7

Мэтти проскользнула в утренний автобус, направляющийся в город, как раз за последним человеком в очереди, и в самом конце нашла свободное место. Когда автобус доехал до окраины Милфорда, ее тревога возросла, а сердце затрепетало. Она не любила уезжать так далеко от дома. Из-за этого появлялись нервозность и беспокойство, но ей требовались вещи, которые не продавались в небольшом деревенском магазине.
Мэтти откинулась на спинку сиденья, выглянула в окно и попыталась расслабиться. Ей удалось полностью избавиться от мысли о вчерашнем минете. Не следовало вообще думать об этом.
Ни пустых предположений о том, что он почувствовал, ни переформулировок, что почувствовала она - ни до, ни после.
Мэтти больше не собиралась об этом думать.
Никогда.
Как очевидно поступал и Тернер. Он не стал возвращаться к двери ее комнаты, чтобы сообщить, что она по-прежнему должна уехать. И при этом не использовал тот раздражающий вкрадчивый голос, приказывая ей уйти. Мужчина даже не сказал, что у нее прекрасные губы и язык маленькой дьяволицы; сможет ли она снова воспользоваться им для него? Пожалуйста.
Рот Мэтти дернулся в улыбке, женщина прикусила нижнюю губу. Девушка не сделала ничего неправильного, не так ли? Очевидно, упасть на колени и сдернуть вниз его брюки стало первой ошибкой, но после этого, достаточно ли сильно она сжала губы, умело ли потянула рукой? Он хотел чего-то большего? Или чего-то меньшего? Чего-то необычного? Мэтти съежилась. Не то, чтобы она была не склонна к определенному уровню необычности, но…
В этот раз боль возникла без видимых причин. Она пробежала волной через все тело, направляясь к центру груди, ошеломляя до такой степени, что все мысли разом улетучились. Возможно, сейчас это не так уж и плохо, так как боль стерла все мысли о Тернере.
Мэтти прижалась лбом к стеклу и попыталась дышать через агонию судороги, но ее легким приходилось бороться за каждый вздох. Что, черт возьми, с ней происходило? Почему помимо всего остального в ее странной дерьмовой жизни, каждая вещь причиняла боль?
После нескольких минут когтистая хватка на сердце ослабла, и Мэтти медленно выдохнула. Возможно, все это ее воображение, но эти случаи, казалось, повторялись с большей регулярностью – как будто что-то подводило к кульминационному моменту. Она тяжело сглотнула, не в восторге от этой мысли. Когда крупный мужчина загромоздил проход, разглядывая ее сиденье, Мэтти бросилась на противоположное место. Она прижалась лицом к окну и наблюдала за проносившимся мимо миром, желая быть его частью.
***
Накупив в продовольственном магазине все, что необходимо, в том числе забавную поздравительную открытку, Мэтти пошла на кассу. Очередь тянулась от хлебного отдела. Черт. Нет смысла ждать. Девушка не успела проверить все покупки, как кто-то пропихнулся без очереди. Мэтти примерно посчитала, сколько должна, и сунула кассиру пятнадцать фунтов. Седая женщина взяла деньги, и изумленно взглянула на них.
- Простите, я спешу, - сказала Мэтти.
Ей следовало поспешить. Чем дольше она оставалась вне Милфорда, тем становилась более уставшей и измотанной. Вернувшись на главную улицу, Мэтти ходила туда-сюда, пытаясь найти что-нибудь на день рождения Тернера. Ее не волновало, что он подумает, будто бы она пытается подкупить его, чтобы остаться. Часть ее так и хотела поступить, но Мэтти знала, каково это – праздновать день рождения в одиночку - без подарков, открыток и торта. Месяц назад у нее так и было. Двадцать девять лет, и ни один не пожелал ей «Счастливого дня рождения». Может кусочек ее шоколадного торта согреет сердце Тернера. Она пообещала Джорджу не сдаваться, независимо от холодности мужчины. Если бы женщина могла продержаться до возвращения слуги Тернера, возможно, у него могли возникнуть несколько предложений, как разбить щит неприветливого хозяина.
Мэтти улыбнулась, увидев прекрасный подарок для несчастного парня, который спит весь день - оранжевый светильник на солнечных батарейках, заключенный в стеклянный куб. Кусочек солнца, закрытый в банке. Она положила двадцать фунтов своих драгоценных денег на прилавок и ушла, забрав покупку.
В ее кошельке осталось сорок три фунта. Когда деньги закончатся, ей придется брать то, что нужно, не заплатив. Мэтти сглотнула. Она не хотела красть, но у нее не было шанса заработать больше наличных. Когда Мэтти попыталась снять деньги с банкомата, он проглотил ее карточку и попросил обратиться в ближайший офис банка. Это еще были первые дни, когда она пыталась общаться открыто. Но теперь знала, что лучше.
Женщина села на следующий автобус, а с середины Милфорда шла пешком, чувствуя себя лучше и жизнерадостнее с каждым шагом. Машина Тернера не выглядела так, будто он уезжал. Ленивый комок, вероятно, еще спал.
В гостиной на телефоне мигала лампочка, связь восстановилась. Ее сердце затрепетало при мысли о том, что звонок мог быть для нее. Каждую неделю или около того, Мэтти получала три одинаковых сообщения на мобильный телефон с предоплатой, ее подруга Салли интересовалась, куда та пропала. Палец замер, а затем нажал на кнопку.
- Доброе утро, мистер Тернер. Меня зовут Диана Рольф. Я казначей комитета Зимнего фестиваля Милфорда. Звоню, чтобы напомнить - встреча с вами пройдет в семь тридцать вечера. С нетерпением жду. До свидания.
Мэтти вздохнула. Не для нее. Она нажала на кнопку «Сохранить».
- Сообщение удалено. У Вас нет сохраненных сообщений, - произнес женский голос.
Дерьмо. Теперь она должна была признать свою некомпетентность или вторжение в частную жизнь. Или ничего не говорить. Кажется, Тернер рассказывал о встрече, так что, вероятно, молчание оставалось лучшим вариантом.
Не было ни звука, ни признака мистера Угрюмость, что радовало, так как ей требовалась кухня. Мэтти поставила солнечный куб на подоконник для подзарядки и приступила к приготовлению шоколадного торта. Она хотела зачерпнуть ложкой сырую смесь, но сдержалась. Ей все равно не удастся это проглотить.
В то время как пеклись коржи, Мэтти достала из пакета замороженную помадку, окрашивая ее различными цветами, и придала ей форму, чтобы украсить верхнюю часть торта – темноволосый парень, лежащий на кровати. Она надеялась, что это рассмешит Тернера.
Ни в кухонном шкафу, ни в холодильнике не было никакой еды. Возможно, он заказывал ее на дом. Джордж не говорил, чем Тернер занимался по жизни. Мэтти видела, как ребята переносили в сарай множество ящиков, и гадала: имели ли они какое-то отношение к его работе. Она не собиралась подглядывать. Очевидно, что бы там ни было, Тернер делал это из дома. По ночам.
Как только торт остыл, девушка завернула его в фольгу и спрятала в дальний угол шкафа, вместе со съедобными украшениями и четырьмя упаковками свечей.
На чердаке она поставила подарок Тернера под открытым небом, чтобы добиться максимального свечения. Покусывая кончик ручки, Мэтти думала, что написать в открытке. Впечатлит ли его остроумие? Очарование? Лесть? Поцелуи? Мэтти улыбнулась. Она ни в коем случае не поверила, что он не наслаждался ее поцелуем. Должна ли девушка написать «люблю»? Что он подумает? Это же просто фигура речи, не так ли?
***
Тернер проснулся как по сигналу тревоги. Он посмотрел через комнату на комод, который перетащил к двери спальни, и вздохнул. От облегчения или разочарования, что она не попыталась войти? Если быть честным - и то и другое. Тернер умылся и быстро оделся. Ему нужно было поехать к агентам по недвижимости прежде, чем они закроются. Он сможет поесть, когда вернется.
Когда мужчина открыл дверь спальни, то увидел, что Мэтти стоит у противоположной стены, держа руки за спиной. Черт побери. Это напоминало «сталкера».
- С дне… - начала она.
- Что, черт возьми, ты делаешь? – рявкнул он и вскинул руку. – Хотя, можешь не отвечать.
Тернер зашагал прочь. Дойдя до лестницы, он оглянулся. Она что-то сжимала в руках. Тернер надеялся, что девушка не подобрала бездомную кошку или потерявшегося щенка. Мужчина вышел из дома и заторопился к машине.
Когда Тернер завел машину, его плохое настроение испарилось. Он был таким идиотом. Почему ему приходится быть таким неприятным? Прошлой ночью она сделала что-то прекрасное, а он ушел, не сказав ни слова. Сейчас у него был шанс, по крайней мере, извиниться, а мужчина снова убежал. Что она хотела сказать?
К счастью, рядом с Хартли и Стоунхауз, агентам по недвижимости, нашлось место для парковки. К несчастью он был вынужден вписаться в дырку между двумя машинами, и после десяти минут, в конечном итоге, встал двумя колесами на бордюр. У него не было сил перепарковаться.
Тернер надул губы, увидев сценку рождения Христа, безвкусно созданную в окне. Хлев, окруженный плюшевыми животными, искусственный снег на их головах. Динозавр стоял рядом с зеброй. Мило. Тернер толкнул дверь и вошел.
Молодой человек, работающий на ноутбуке, поднял глаза:
- Вам помочь?
- Я недавно переехал в Милфорд Холл и…
Парень вскочил на ноги.
- Мистер Тернер? Рад знакомству.
Тернер пожал протянутую руку. На бейджеке у молодого человека было написано имя: Стивен Фостер.
- Есть проблема, - сказал Тернер, и рука паренька обмякла, как дохлая рыба. Он опустил ее.
- Какая проблема?
- Один из ваших сотрудников живет на моем чердаке.
Фостер сглотнул, и его глаза расширились. Он напомнил Тернеру карпа, но потом пульс на его шее забился чаще, и мужчина вспомнил, что не поел. За эти годы работы с «Пласмикс» одна раздражающая женщина вывела его из равновесия.
- Что? – переспросил Фостер. – Кто?
- Мэтти Хобсбон.
- С таким именем у нас никто не работает.
Тернер стиснул зубы. Она солгала о своем имени?
- Она высокая, стройная блондинка с неаккуратной стрижкой. – Хотя она не была такой колючей, когда они впервые встретились. – У нее серые глаза, мягкие губы… - «Идиот. Идиот». – Она должна здесь работать. Она дала мне ключи от дома.
Агент по продаже недвижимости подошел к шкафу и открыл его. Мгновение спустя, он повернулся и протянул связку ключей.
- Они по-прежнему здесь. Мы ждали, когда вы позвоните. – Мужчина протянул ключи.
Тернер сжал их пальцами. «Что, черт возьми, происходит?»
- Как давно вы здесь работаете? – спросил Тернер. Если Фостер новенький, тогда…
- Девять месяцев.
Его теория потерпела крах.
- Вы руководили продажей? Это вы говорили с моим помощником?
- Нет, один из моих коллег.
- Я могу поговорить с ним или с ней?
- Он в отпуске.
Разумеется. Все, кто необходимы Тернеру, были в отпуске.
- Напомните мне имя продавца.
- Страчен.
Не Хобсбон. Тернер вздохнул:
- Какие юристы занимались продажей?
Фостер сверился по документам:
- Дженкинс и Стоур. Из Дерби.
- А со стороны покупателя?
Вопрос вызвал очередное рыбье выражение.
- Вы не знаете имени своего юриста?
Тернер знал, как это прозвучит:
- Всем руководил мой помощник. Он тоже в отпуске.
Фостер еще раз посмотрел в документ:
- Дорлинг и Ханд. Ноттингем.
- Номера телефонов?
Тернер проигнорировал наморщенный лоб - на лице мужчины было написано подозрение. Он не уедет, пока не найдет способ связаться с юристами с обеих сторон. Тернер посмотрел на Фостера тяжелым взглядом.
- Вы хотите дать мне их номера, - сказал он твердым голосом.
- Позвольте мне записать их для вас.
Хорошо было узнать, что убеждение все еще работает. Только не на Мэтти. Сжимая в руке клочок бумаги, Тернер кивнул в знак благодарности. Он подошел к двери прежде, чем Фостер снова заговорил:
- Я слышал о Матильде Хобсбон.
Тернер оглянулся:
- И?
- Я сомневаюсь, что она живет на вашем чердаке.
Тернер мог не согласиться:
- Почему?
- Она умерла.
- Если бы это было правдой, - пробормотал он и вышел.
Тернер отключил сигнализацию и сел в машину. Его пальцы готовы были нажать на кнопку зажигания, но мужчина замер. Его малоизвестная гостья, должно быть, украла документы у Мэтти Хобсбон. Она - преступница? Очень похоже. Скрываться от полиции в чужом доме. Или, может быть, она находилась в бегах после жестокого отношения. Тернер разозлился при мысли, что кто-то причинил ей боль. Он поехал домой.
В чем бы ни заключалась правда, ясно было одно - женщина в его доме определенно не выглядела мертвой, и, несмотря на прощальное замечание, Тернер был рад.
Теперь у него появился способ избавиться от нее. Он позвонил Дорлингу и Ханду и оставил сообщение на автоответчике. Тернер не пытался скрыть раздражения в голосе. Они идиоты, добавившие те пункты в договор. Он хотел, немедленно получить уведомление о выселении.
Тернер увидел посылку и открытку, лежащие рядом с лестницей, когда входил в дом. Ради этого она пыталась задержать его? Он поднял вещи. Подарок? Теперь и взятка? Тернер поднял голову, принюхиваясь, и по запаху пошел на кухню.
Мэтти стояла спиной к раковине. Между ними на столе стоял кривобокий шоколадный торт. На его вершине было большое количество свечей и рисунок - темноволосый парень уютно лежал в постели. О, черт.
- С днем рождения, - выпалила Мэтти.
- День рождения? - Он почувствовал, словно проглотил камень. Тернер посмотрел на стол.
– Ты приготовила для меня торт. – Он положил открытку и подарок.
- Позволь мне зажечь свечи, - сказала она.
Она запела «С Днем рождения», ее голос затих, когда Тернер посмотрел на нее. Он не мог придумать, когда в своей жизни был шокирован сильнее. Хотя... Это было не так давно.
- Ты должен задуть их, - сказала Мэтти. – Лучше поспешить, а то сработает пожарная сигнализация.
Тернер глубоко вдохнул и выдохнул, все свечи разом погасли.
- Теперь загадай желание, - сказала Мэтти.
- Я желаю, чтобы ты…
- Не вслух или не сбудется, - выпалила она, закусив губу.
Тернер не собирался желать, чтобы Мэтти ушла, хотя понимал, что именно этого она и ожидала. Он хотел было сказать, что пожелал, чтобы она не беспокоила его. «Это было бы лучше, идиот?» Тернер был абсолютным идиотом. Сколько ему лет?
Он посчитал свечи. Тридцать шесть.
- Как…? - начал он.
- Я видела твое свидетельство о рождении, когда обнаружила контракт на дом. Хочешь кусочек торта?
«Боже, нет».
- Да, пожалуйста, – нахмурился Тернер. – Ты рылась в моих документах?
- Немного.
Он открыл и закрыл рот. Мэтти убрала свечи, отложив их в сторону, и взяла нож. Она дала ему кусочек с головой парня. Мэтти аккуратно обезглавила его. Она отрезала тонкий кусочек для себя, и казалось, только игралась с ним.
- Откроешь свой подарок? – спросила девушка.
Тернер взял открытку и просунул палец в отверстие конверта. Бумага царапнула его, и на коже выступила красная капля. Он слизнул кровь, и его клыки удлинились. О, черт. Ему следовало поесть прежде, чем уйти. Тернер отбросил открытку, и вилкой положил кусочек торта в рот. Это не убьет его, но с небольшой вероятностью, вернет клыки в прежнее состояние.
Он с трудом закрыл рот, и, конечно, клыки спрятались.
- Восхитительно, - сказал он, борясь с желанием выплюнуть.
Улыбка на лице Мэтти было такой сияющей, и он мог поклясться, что комната стала светлее. Кто-нибудь хоть раз делал ему торт? После того, как он обратился, это не имело никакого смысла. Торт Мэтти был… О, черт. Он подавил рвоту. Тернер хотел, чтобы тот обладал превосходным вкусом, но это было не так.
Он взял открытку. На ней была изображена голова мальчика, лежащая на диване. Рядом с ней лежала ковбойская шляпа и смятая оберточная бумага. Родители нервно стояли перед их бестелесным ребенком. Заголовок гласил: «Другая шляпа? Фред хотел, чтобы у него были более творческие родители». Тернер рассмеялся. Внутри она написала: « С Днем Рождения! С любовью, Мэтти».
Любовь. Тернер отвлекся, и девушка вложила в его руки подарок.
- Подожди, пока я выключу свет.
Тернер поднял брови, но подождал, пока в комнате не стало темно. Внутри упаковки он нашел маленький стеклянный куб, который светился ярким желто-оранжевым светом.
- Это кусочек солнца, - выпалила Мэтти. - На солнечных батареях. Ты спишь весь день и не видишь его.
Печальное, слабое, трогательное чувство возникло в сердце Тернера, словно хотело разорвать пополам.
- Красиво, - сказал он. – Идеальный подарок.
Она и не знала, насколько идеальный.
* * *
Дава больше не могла дожидаться, пока Габриэль сделает первый шаг. Она решила, что если бы он действительно винил ее в своем заточении, то вышел бы на связь, таким образом, было вероятнее, что мужчина не знал, как ее найти. У Давы заняло некоторое время, чтобы разыскать его и скрыть то, что она сделала, переписывая файлы, ее компьютерные исследования получились благодаря доставщику пиццы, перепутавшему адрес. Несколько ночей назад Пит появился у ее двери со своей последней доставкой, и с тех пор каждый вечер продолжал обеспечивать ее едой – той, что она не хотела, и той - в которой нуждалась.
Стук в дверь был намеком раздеваться. Дава открыла дверь и улыбнулась. Пит был неровня белокурому вампиру РСВ, но намного более полезен для нее. Смертный выглядел худым, с сальными волосами и болезненной кожей, хотя жажда в его глазах почти сделала его привлекательным. Его большой член был привлекательным.
Почему он выглядел взволнованным?
- Привет, великолепный, - промурлыкала она.
- Все еще нужна пицца?
Он просто нуждался в подтверждении.
- Ты принес мне огромную четырнадцатидюймовую пиццу пепперони с сыром и твердым членом?
Он протянул коробку и, наконец, улыбнулся. Дава закрыла за ним дверь. Идиот никогда, казалось, не замечал, что она не съедала ни кусочка. Женщина провела его на кухню, и он положил пиццу на край стола.
- Я так голодна, - сказала она, прижавшись к нему.
Дава расстегнула кнопку на его штанах, а затем молнию, и обещанный твердый член выскочил на свободу. Она приподняла ногу, обхватила руками его плечи, и опустилась на напряженную плоть с продолжительным шипением.
Он был так увлечен, да еще и с нулевой положительной. Восхитительная комбинация. Парень так же был везунчиком. Если бы той первой ночью он пришел прежде, чем она выпила дерьмо, маскирующееся под кровь, то женщина, не контролируя себя, иссушила бы его. Она работала над своим контролем, хотя до сих пор не научилась пить достаточно спокойно, когда он находился на краю оргазма.
Неожиданно, Пит потер ее клитор, и Дава кончила, задрожав, когда он затопил ее спермой. Парень учился. Как впечатляюще. Она облизала раны на его шее и уткнулась в нее носом, когда он опустил ее ногу на пол.
- Ты такая горячая, - прошептал Пит.
«Да, именно».
- Ты самая великолепная женщина, которую я когда-либо видел.
«Верно подмечено».
- Ты можешь для меня кое-что сделать?
- Что угодно.
«Конечно».
- Отвези меня на вокзал?
- Сейчас? - переспросил Пит с болью в голосе.
- Пожалуйста.
Она купила билет первого класса на поезд до Ноттингема, стоимость ужасала, даже притом, что это были не ее деньги. Двадцать лет назад она могла бы купить на эту сумму шубу. Девушка не заметила, чтобы кто-то носил мех, кроме нескольких собак. Возможно, Габриэль купит ей небольшой норковый жакет.
После того, как Пит перестал дуться из-за того, что больше не получит секса, то остался доволен ее обещанием позвонить. Он бы не запомнил, как давал ей деньги, хотя Дава и так не стерла это из его памяти. У нее было чувство, что парень еще пригодится. Он экономил для колледжа, а те, кто нуждался в деньгах, всегда были уязвимы.
Когда она шла от вокзала до дома Габриэля, то почти дрожала от волнения. Даже факт, что мужчину разместили в трущобах выше магазина, торгующего жареной картошкой и рыбой, не охладил ее энтузиазма. Двадцать лет назад жизнь Давы была прекрасна, и она хотела вернуть ее назад.
Габриэль был невероятным. Сильный руководитель с ясным взглядом на мир, который должен принадлежать вампирам — мир, который они заслужили. Он был выдающимся оратором, в состоянии убедить каждого вампира в огромной толпе, что говорит только с ними. Габриэль внушал алчную преданность и великодушно вознаграждал тех, кто работал на него, и не боялся иметь дело напрямую с теми, кто разочаровывал. Дава по-прежнему молчала о пятидесяти, что пропали без вести непосредственно перед тем, как прибыли власти. Иногда требовались жертвы.
Габриэль занимался любовью как ангел. Не то, чтобы Дава когда-либо занималась сексом с ангелом, но могла себе представить.
Она не была глупа. Нестись к двери Габриэля и звонить в нее, было неразумным. Исключая факт, что он мог оторвать ей голову, она понятия не имела об уровне наблюдения РСВ. Он должен был потребовать больше одного визита в неделю, впрочем, она понятия не имела, когда именно произойдет этот посещение, пусть даже и всего одно.
Что Дава хотела на самом деле, так это постучать в дверь Габриэля и увидеть, как зажгутся его глаза, когда он ее увидит. Возможно, это произойдет непосредственно перед тем, как он оторвет ей голову. Девушка вздрогнула. Другая небольшая проблема состояла в том, что, когда Дава раскопала его адрес — 30 Лэндси Гарден — то не поняла, что это целое здание. Она не имела понятия, какая из квартир принадлежала Габриэлю.
Девушка уставилась на панель домафона. Работать методически? Но это привлекло бы нежелательное внимание. Проникнуть внутрь и постучать в двери? Оказавшись лицом к лицу, она могла бы использовать свое покорение, чтобы человек не запомнил ее визита. Женщина дожидалась, пока кто-нибудь появится.
Дава проигнорировала пару, которая вышла из здания вместе. Нет смысла усложнять себе жизнь. Пожилая женщина, гуляющая с собакой, была прекрасной мишенью, и Дава изменила планы. Она последовала за нею в местный магазин и увидела, как та привязала пса снаружи. К тому времени, когда женщина появилась с коробкой молока, Дава присела в слезах рядом с тявкающим животным, пытаясь заставить себя погладить его.
- Вы в порядке? - спросила женщина.
«Я плачу, ты, идиотка».
- Я потеряла свою собаку. Думала ваша… моя сорвалась с поводка и побежала за кошкой.
- Боже мой. Когда?
- Всего несколько минут назад. Он должен быть где-то здесь.
- Где ваш поводок? Если я ругаю Винни, он здесь как пуля.
Дерьмо.
- Его взял мой муж. Он проверяет несколько улиц недалеко отсюда.
- Как кличка собаки? - спросила женщина.
- Эээ … Пушистик. - Дава вызвала новый поток слез.
- Я помогу вам искать. Какой он породы?
Гребанный ад. - Пушистой.
Очевидно, это был не лучший ответ, но они вместе направились вниз по тихому переулку, что дало Даве возможность использовать талант убеждения и получить ключи к зданию без сопротивления. У девушки даже возник нетипичный момент доброты, и она не стала пить больше, чем требовалось. Или, возможно, так случилось, потому что она насытилась Питом? Девушка положила женщину позади большого мусорного контейнера, а собака села рядом со своей хозяйкой, виляя коротким хвостом.
Дава почти протанцевала обратно к зданию. У глупой женщины в кошельке нашлось двести пятьдесят фунтов наличных. Достаточно для дизайнерской обуви. Только достигнув двери, Дава заметила недостаток в плане. Ей все еще требовался кто-то, способный пригласить ее внутрь. Проклятье. Она продолжала идти, пока не нашла место, незаметное на первый взгляд — дверь пекарни. Ей следовало дождаться, пока не войдет кто-то еще, а затем присоединиться к нему.
Даве не пришлось долго ждать. Увидев нужного человека, она помчалась за ним, сжав в руке ключи.
- Большое спасибо, - сказала она, протиснувшись перед мужчиной.
Он придержал для нее дверь.
- После вас.
Когда его глаза широко распахнулись, Дава поняла, что совершила ошибку. Вампир.

Категория: Главы | Добавил: Nafretiri (25.05.2012)
Просмотров: 515 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
avatar